В поисках памяти
В 1920-х годах два американских исследователя начали изучение самореорганизации мозга при повреждении его отдельных частей. Ученые были вдохновлены исключительными историями людей, которые оправились от повреждения мозга. Области мозга, отвечающие за движение, речь и чувства, были обнаружены в 1920-е годы, однако расположение центров памяти и интеллектуальных центров установить не удавалось. Большинство считало, что эти функции контролируются фронтальной корой, указывая на случаи, когда травма этой области приводила к потере памяти и интеллектуальной деятельности. Однако Шеферд Франц не думал, что это так просто. Вместе с Карлом Лешли он начал работать над локализацией хранилищ памяти в мозге. Лешли учил крыс проходить лабиринт, а затем отправлял их Францу, который удалял части лобных долей грызунов и возвращал их Лешли. Крысы с поврежденным мозгом не могли вспомнить, как пройти лабиринт, но они смогли переучить маршруты. В результате в 1929 году исследовательская команда предложила две новые идеи. Первая – концепция эквипотенциальности (равноценности), которая утверждала, что при повреждении участков коры головного мозга, ответственных за определенные функции механизмов органов чувств, другие участки мозга берут на себя функции поврежденных зон. Вторая идея – концепция массового действия, которая ограничивала первую и показывала, что некоторые типы обучения опосредуются корой головного мозга как целым, предполагая, что степень способности мозга приобрести потерянные навыки обратно пропорциональна объему ущерба.
Запечатление необратимо – после того, как оно происходит, результат, как правило, с очень большим трудом поддается дальнейшему изменению у молодых животных, и они не забывают своих «родителей». Это означает, что импринтинг представляет собой иной процесс, нежели обучение, результаты которого могут быть скорректированы. Кроме того, процесс импринтинга происходит очень быстро – за минуты – в отличие от условного обучения, которое, как описано у Павлова и других ученых, требовало многократного воздействия стимулов, по крайней мере в течение нескольких дней. Лоренц пришел к выводу, что запечатление – врожденный, или инстинктивный, процесс, который следовал тому, что он назвал «шаблоном с фиксированным действием». Шаблон – наследственная черта, такая же, как и любые физические особенности, в то время как то, что животное изучает – и потом забывает, – всегда остается продуктом его опыта.
Будучи наполовину игрой для вечеринок, наполовину психологическим испытанием, эффект Струпа проверяет скорость реакции человека. Суть в том, что задание, которое на словах кажется простым, на деле намного сложнее, чем вы ожидаете. Эффект Струпа показывает, насколько сложно иногда концентрироваться.
