— Знаете, Микулин, у меня в училище организована специальная кафедра двигателей внутреннего сгорания и при ней маленький музей моторов. Мне бы хотелось увидеть там ваш мотор, а вас — в числе моих студентов. Подумайте над моим предложением.
— Спасибо, — сказал Микулин, вставая и широко улыбаясь. — Обязательно подумаю.
Но путь к Бриллингу оказался не таким простым. Мама и папа слышать не хотели о том, чтобы ребенка (который был на две головы выше их!) отпустить от себя.
В это время умерла бабушка Анна Николаевна, которая жила вместе с Жуковским, и тот остался один с подрастающими детьми. Забота о Жуковском всегда была поистине священным делом для всей семьи. Раньше о брате заботились его старшая сестра Мария Егоровна, которая жила с ним в Москве. После ее смерти из Орехова переехала мать, Анна Николаевна. А теперь он остался один.
Хотя Жуковский достиг уже мировой известности и даже получил чин статского советника, равный генеральскому, в быту он остался абсолютно неприспособленным человеком. Все были в этом уверены. Надо было ехать к Жуковскому. Но кому? Вера Егоровна не могла бросить мужа, и Александр Александрович начал хлопотать о переводе в Москву, а когда это не удалось, — в Нижний Новгород, чтобы быть поближе к Орехову и Москве. У Кати только что родился первенец — Кирилл. Вторая дочь тоже замужем. Остается Шура. К тому же Жуковский, зная, что племянник увлекся моторостроением, настойчиво звал его к себе, так как в его воздухоплавательный кружок нужен был толковый моторист. А Шура в Жуке всегда души не чаял. Значит, Шуре и ехать в Москву. Но прежде ему нужно было закончить второй курс и только тогда переводиться в Московское Высшее техническое училище.
Летние каникулы 1913 года Шура рассчитывал, как обычно, провести вместе со всеми в Орехове. Однако папа решил иначе.
Он позвал Шуру в кабинет, посадил рядом с собой на тахту и сказал:
— Я считаю, что тебе следует на собственном опыте познать цену труда. Ты собираешься стать инженером. У тебя под началом будет много рабочих и надо знать, каково им приходится. Только при этом условии можно стать достойным человеком. Как специалисту, тебе также необходимо овладеть всеми профессиями, которые нужны при изготовлении моторов. Я написал письмо своему приятелю, который работает в Риге в акционерном обществе, выпускающем нефтяные двигатели. Он устроит тебя на завод простым рабочим. Жить будешь на то, что заработаешь. Вот письмо к нему, билет до Риги и три рубля на дорогу. — И папа подал конверт и зеленую трехрублевку.
Делать было нечего. Шура поехал в Ригу и там поступил на завод, выпускающий нефтяные двигатели для сельского хозяйства — одноцилиндровые, громоздкие, неуклюжие.
Поначалу его заставили таскать песок для земляных форм в литейном цехе.
Ригу у Микулина так и не нашлось сил толком осмотреть. Он работал по двенадцать часов в литейной, задыхаясь от дыма и копоти, жара расплавленного металла, в механическом цехе, где с потолка спускались, переплетаясь, приводные ремни трансмиссий, приводящие в движение станки, он глох от ударов молота в кузнечном отделении и напряженно, до боли в глазах, собирал моторы. От усталости, хотя физически он был парнем очень крепким, к концу дня подкашивались ноги. Сил едва хватало добраться до дому, смыть с себя грязь и наскоро поесть. И тут же валился на койку и засыпал, как убитый, пока на рассвете не будил вой заводского гудка. В воскресенье же, отоспавшись, с сыном приятеля отца садились на велосипеды и ехали на взморье купаться. Все остальное свободное время Шура спал. Теперь на своей собственной шкуре он понял, как глубоко был прав отец, требуя восьмичасового рабочего дня.
Но при всем этом Микулин быстро приобретал не одни только трудовые навыки. Раньше он знал, что такое конструкция машины, теперь же он буквально на себе испытал, что такое технология ее изготовления. И если не учитывать технологию, конструкция окажется мертворожденной.
Дни тянулись монотонной чередой. Но под конец пребывания на заводе ему неожиданно повезло.
Чтобы завоевать рынок для своих моторов, акционерная компания решила выпускать их не только в стационарном варианте, но и в передвижном. Для этой цели обычный тяжелый стационарный мотор, устанавливаемый на многотонном бетонном фундаменте, решили поставить на небольшую плиту, а все это сооружение — на платформу, похожую на телегу, потому что, помимо колес, спереди у нее имелось дышло, в которое впрягали пару здоровенных битюгов, собственно говоря, превращавших стационарный мотор в передвижной. Выпуск новых моторов был широко разрекламирован: ведь они могли работать и на току во время уборки хлеба, и на мельницах, и применяться для привода насосов при поливе.
