– Все прошло хорошо, Скай-Скай. Прием, на мой взгляд, был слишком пафосный, но зато я впервые пообщался с редактором, он крутой чел. А еще я, похоже, убедил издательницу в своей идее, она здорово взяла меня в оборот.
– Иначе и быть не могло! – говорю я и чувствую, как меня снова переполняет гордость. – А сейчас вы где?
– Мы уже во Франции, ребята завтра дают первый из трех концертов в Париже. Обычно мы ночуем в автобусе, но после дороги из Кельна так устали от узких коек, что решили снять дом.
– Очень надеюсь, что ты наснимал для меня кучу видео, раз уж я не с вами. Как альбом встретили в Европе? Недавно слышала по радио
– Жесть, правда? Сам поверить не могу. Мы с ребятами здорово подружились. Конечно, я снимаю для тебя видео, как ты могла во мне усомниться? Когда вернусь, ты целый месяц будешь только и делать, что смотреть видео и читать мои заметки.
Звучит идеально. Сегодня боль в правой ноге была особенно острой, и мне часто приходилось менять позу. Я с трудом приподнимаюсь, прислоняюсь к изголовью кровати и мечтаю перенестись на два месяца в будущее. Тогда вторая по сложности часть нашей дружбы будет уже позади. А самая сложная – быть далеко от него.
– Дэвис! Твоя команда по бирпонгу уже заждалась! Ваш ход! – ревет кто-то на заднем фоне.
Я вздыхаю, потому что наши телефонные разговоры последнее время становятся все короче. Когда он только уехал, мы по два часа висели на телефоне, а теперь кто-то из группы постоянно вклинивается и чего-то хочет от Картера.
– Ребята достали. Извини, Скай.
Картер смотрит на меня голубыми глазами, и на секунду мне кажется, что он сидит прямо передо мной. У меня на кровати. Словно сейчас он заглянет мне в душу и узнает правду.
Я отгоняю от себя мысль, что голоса на заднем фоне становятся громче оттого, что я говорю все тише. Пробую посмотреть на лучшего друга глазами Джейми, словно в первый раз. Вижу небольшое родимое пятно в форме полумесяца и думаю, носит ли его кровная мама такое же. Разглядываю щетинки на его подбородке: одни из них светлые, а другие каштановые. Замечаю, что пирсинг в носу слегка съехал набок. К моему сожалению, Картер выглядит еще лучше, если рассматривать его внимательно.
Уникальнее.
– Мне нужно тебе кое-что рассказать, – вырывается у меня прежде, чем он успеет положить трубку.
Пульс бешено стучит под татуировкой, которую я уже пять лет ношу на коже как оберег. Дыхание учащается, во рту пересыхает.
– Я весь внимание, – отвечает Картер, не отвлекаясь на ребят, которые снова выкрикивают его имя. Он упорно игнорирует призывы, полностью сосредоточившись на мне. Я показываю на грудь, сгибаю пальцы, как меня научил Джейми, и демонстрирую жест, означающий «инвалидное кресло».
На секунду время останавливается.
Я знаю, Картер не понимает, что я ему сказала. Что я только что поделилась с ним чем-то, уже несколько месяцев висящим надо мной как черная грозовая туча.
Картер наклоняет голову и ждет перевода. Но к этому я еще не готова. Не так. Не здесь. Не когда он находится в полной комнате пьяных парней, играющих в бирпонг. Чем дольше он ждет объяснений, тем быстрей мое сердце уходит в пятки.
– Ну, давай же, Скай! Что это значит? – подгоняет меня Картер, придвинувшись к экрану так, что я вижу его лицо вблизи.
Теперь я не вижу татуировок, скрывающихся у него под футболкой. Я знаю все рисунки на его теле, но еще ни разу не смотрела на них так, как Джейми. Взглядом, которому он сегодня меня научил. Мне очень хочется попросить Картера снять куртку и футболку, чтобы я могла разглядеть их
– Это мой секрет. Расскажу, когда вернешься, – сдержанно отвечаю я.
Аквамариновые глаза Картера горят озорным и азартным огнем.
– Хорошо. Я люблю секреты.
Вряд ли этот тебе понравится…
И пусть Картер все еще не знает, что произошло со мной той ночью, я чувствую, что часть груза спала с плеч.
– А теперь иди к друзьям, пока они не надорвали бесценные голосовые связки, выкрикивая твое имя.
Картер кивает и, едва я собралась положить трубку, просит меня подождать еще секунду.
– Я тоже хочу рассказать тебе один секрет.
Он прикрывает глаза, и когда Картер вновь смотрит на меня, в них горит огонь, который я впервые увидела в День святого Валентина. Огонь страсти и желания. Картер поднимает руку и несколько раз проводит указательным пальцем по родимому пятну на шее. Потом он поднимает большой палец и рисует в воздухе круги. Прямо как Хейзел. Когда она показывала ему фразу, которую он хотел выучить на жестовом языке.
