Мой пульс учащается, я судорожно сглатываю тепло, которое с каждой секундой превращается в пылающий жар – он проходит по желудку и замирает внизу живота. Хоть нас сейчас и разделяет океан, я представляю, как крепкие руки Картера скользят по моей талии. Как он хватает мой зад и входит между моих бедер.
Картер прав. Секс был великолепен. И как мне хотелось бы знать, что он повторится, что все будет, как раньше. Но с той ночи прошло словно несколько тысяч лет, и я уже не та девушка, что прежде.
Мы молча смотрим друг на друга, и я не знаю, что мне сказать или подумать. Почему он показал этот жест? Почему он все так невыносимо усложняет?
– Я кладу трубку. – Мой голос дрожит.
Веселое выражение исчезает с лица Картера, во взгляде появляется страсть.
– Ты же понимаешь, что рано или поздно нам придется поговорить о случившемся? О ночи, когда я улетел.
Я киваю, не дыша.
– Понимаю. Но это не телефонный разговор, – шепчу я.
А что, если он испытывает ко мне те же чувства, что я к нему? Что, если он так же, как и я, не может выкинуть их из головы? Что, если он все равно спит с другими девушками?
По щеке катится первая слеза, и прежде чем Картер успевает что-то сказать, я нажимаю на красную трубку и заканчиваю разговор.
Я злюсь на саму себя, что не могу сказать ему правду. Злюсь на Картера, потому что он сейчас не со мной. Я оставляю телефон на тумбочке, перекладываю ноги на правую сторону и сворачиваюсь калачиком на боку. Едва я закрываю глаза, как вижу картину, которую пытаюсь забыть уже несколько месяцев. Картер. На мне. Руки упираются в матрац, взгляд тесно переплетен с моим. Его грудная клетка быстро опускается и поднимается, я громко дышу. Он смотрит синими глазами на мой рот, потом жадно гуляет взглядом по телу.
– Ты правда этого хочешь? – спросил он меня хриплым голосом.
Я услышала надрыв в его голосе. Потому что он хотел, но понимал, что это неправильно. Надо было в ту ночь послушать голос разума, но сердце звучало громче. Сильнее. И поэтому я тихо прошептала «да». Спустя секунду он плавно в меня вошел. Я вцепилась ногтями ему в спину, притянула его ближе, наслаждаясь каждым движением. Чувствовать его в себе было идеально. Он не сводил с меня взгляда, и мы просто смотрели друг на друга. Как будто в тот момент на кону не стояла наша дружба.
Секс с Картером был как полет, и в ту ночь я впервые поняла, что значит «быть на седьмом небе».
Тепло, поселившееся в нижней части живота, становится все интенсивней. Я еще ни разу не трогала себя с тех пор, как оказалась в инвалидном кресле. Но чем дольше я думаю о нежном взгляде Картера, тем больше мне этого хочется. Я хочу, чтобы ко мне прикасались. Он. Я. Неважно кто.
Я медленно скольжу рукой по плоскому животу, и когда кончики пальцев касаются резинки трусиков, задерживаю дыхание. Пальцы, словно в замедленной съемке, скользят под тонкий шелк, и когда я провожу рукой по лобку, то чувствую едва уловимое прикосновение. Так, словно меня целует ветер, который сейчас бьет в окно.
Сердце дико колотится в груди, а я провожу большим пальцем по клитору, мысленно дополняя приглушенные прикосновения яркими картинками, которые уже несколько месяцев не дают мне уснуть. Я представляю, что это Картер сейчас скользит рукой у меня между ног. Представляю, что это его большой палец игриво теребит мне клитор. Другой рукой я тянусь к горловине футболки, вытаскиваю цепочку и хватаю подаренный Картером крестик.
Хоть ощущения очень слабые, у меня вырывается стон. Когда я проникаю пальцами чуть глубже, раздвигаю половые губы и чувствую влагу, во мне что-то ломается. Защитная стена, которую я строила вокруг себя в последние недели, падает. На темном грозовом небе впервые за несколько месяцев рассеиваются тучи и выходит солнце. По щекам бегут слезы облегчения, ведь я что-то чувствую. Потому что я влажная. Я продолжаю ласкать себя и представлять, что кто-то другой прикасается ко мне, словно ветер. Я не кончила. Но ничего страшного. Потому что теперь я знаю, что все получается. У меня все получится.
– Фак.
Я еще дважды пытаюсь дозвониться до Скай, но она не отвечает. Она бросила трубку, потому что мне нельзя видеть ее слезы. Эту девчонку я знаю лучше, чем самого себя. Скай плакала, а я далеко и не могу спросить, что случилось. Черт! Я только что признался, что секс с ней был великолепен, а она просто бросает трубку? Она, блин, серьезно?!
В последнее время в ходе телефонных разговоров она в основном молчит, но я списывал это на то, что она по мне скучает. Сегодня впервые думаю, что на то могут быть другие причины. Может, она сожалеет о ночи со мной и поэтому постоянно уходит от темы? Все эти месяцы я пытался выяснить, как она видит наше будущее, но она постоянно кормила меня этими «не хочу говорить об этом по телефону». Я такие ответы принимал, но с каждой новой отговоркой чувствую, что мы отдаляемся. А мысль о том, что та ночь могла понравиться только мне, опускает мое настроение ниже плинтуса. Возможно, у ее молчания есть другие причины. Вдруг есть другой парень, о котором она мне не рассказывала?
