Я ненадолго задерживаю взгляд на телефоне, а потом с нехорошим чувством убираю его в карман джинсов. Сегодня надо сосредоточиться на работе, впитывать эмоции публики на концерте и уловить настроение группы за кулисами, чтобы потом достоверно описать все в книге. Но заметив тень печали на лице Скай, я с трудом могу думать о чем-то другом.
На заднем фоне снуют звукорежиссеры, проверяя последние настройки перед открытием дверей. Музыканты громко смеются за кулисами, а я все еще сижу на месте Коннора и рассматриваю ударную установку. Краем глаза замечаю Меган, которая на повышенных тонах говорит по телефону, одновременно ковыряясь в бумагах. Закончив разговор, она подходит ко мне и ругается.
– Роберт звонил. Вот заноза в заднице! Достает меня, потому что, по его мнению, это один из самых важных концертов. Бесит.
– Он просто выполняет свою работу, – защищаю я менеджера группы, потому что он действительно отличный профессионал.
Меган закатывает глаза.
– Пусть тогда тащит сюда свою жопу!
– Мег, у жопы Роберта сейчас другие приключения. Он подхватил какой-то вирус и каждый час бегает в туалет.
Меган с отвращением морщит нос.
– Ладно. А с тобой-то что? Ты такой бледный. Еще бледнее, чем обычно. Только не говори, что он тебя заразил, – с беспокойством говорит Меган.
Я могу выдавить из себя лишь слабую улыбку. По крайней мере, пока не пойму, как помочь Скай.
– Все нормально. Просто устал. Иди к ребятам, я подойду чуть позже.
Меган с недовольным видом кивает, быстро целует меня в губы и исчезает за сценой. Тем временем я достаю записную книжечку из заднего кармана джинсов, раскрываю чистую страницу и беру ручку. «Лучшие хиты» ко дню рождения Скай – наши лучшие моменты года – я обычно сочиняю на ходу, но этот день я хочу сохранить в памяти. Зажав колпачок в зубах, я подношу кончик капиллярной ручки к бумаге и начинаю писать.
Двадцать три часа пятьдесят девять минут. Будильник на прикроватной тумбочке через несколько секунд покажет новый день.
День моего рождения. Раньше он был для меня не особо важен, пока пару лет назад мы с Картером не завели новую традицию: проводить этот день с капкейками, марафоном просмотра «Друзей» и пятью «Лучшими хитами» прошедшего года. Но как только будильник показал ноль часов, мне стало грустно, ведь в этом году все было иначе.
У Картера был первый день на новой работе – радиостанции, где крутили преимущественно рок и панк. Вечером Картер был приглашен на VIP-вечеринку и собирался внести меня в список гостей, но начальник обломал его порыв.
Я родилась в половину первого ночи второго августа в госпитале Бомонта. Следовательно, через полчаса мне исполнялось шестнадцать лет. Я шумно выдохнула, перевернулась на другой бок, но все никак не могла успокоиться. После нескольких мучительных минут беспокойного ворочания в постели я решила начать марафон просмотра «Друзей» одна, чтобы устать и наконец заснуть.
У мамы не было конкретных планов на день. Она хотела пригласить меня в торговый центр, вместе съесть поздний завтрак в любимом кафе, а потом отвезти в школу танцев, где я занималась раз в неделю. С тех пор как в доме Чарльза и Хизер я поняла, насколько освобождает танец под свои эмоции, мои ноги не могут стоять на месте.
Я тихо включила телевизор, уютно устроилась на подушках и начала хихикать от идеально неидеальных песен Фиби в кафе
– Картер? – Я устало потерла глаза. Неужели приснилось?
– Да впусти ты меня, Скай-Скай. Стою тут как вор. Миссис Блум вызовет полицию, если меня увидит.
Я раздвинула шторы и отошла, чтобы он мог забраться в комнату. У него в руке был маленький капкейк с малиновой глазурью и одинокой розовой свечкой.
– Ты что тут делаешь? Ночь уже! – говорю я тихо, чтобы не разбудить маму в соседней комнате.
Она никогда не возражала против ночевок Картера, но, если бы она увидела, как он прокрался в комнату, все могло бы быстро измениться.
– Думаешь, я мог пропустить день рождения лучшего человека на земле? – спросил он, подняв бровь.
Он бросил взгляд на будильник, который я все еще держала в руках.
– И я чертовски пунктуален. Убери эту хрень, и давай обнимемся, Скай!
Картер широко расставил руки, и я как по команде швырнула будильник на кровать и с разбегу прыгнула к нему в объятия. Я обвила его ногами, зарылась лицом в его волосах и вдохнула аромат терпкого шампуня. Запах Картера был моим домом.
