Словно угадав мои мысли, Чейз быстро чмокает меня в шею, а потом уходит. Мурашки бегут по моему телу. И, прежде чем я начинаю скучать, он возвращается с двумя напитками: пивом из местной пивоварни для него и кока-колой для меня. Не самый впечатляющий выбор, но идеально подходит мне – особенно после моего последнего опыта с алкоголем.
Мы чокаемся, затем Шарлотта извиняется, потому что заметила в толпе старую школьную подругу, и уходит. Мы остаемся у бара, Чейз прислоняется к стойке рядом со мной, Клэйтон занят своим телефоном, а я устраиваюсь на единственном освободившемся табурете. И пока я потягиваю колу и наслаждаюсь атмосферой вокруг, два человека появляются в дверях. Красотка с дикими каштановыми волосами и в темно-красном платье с короткими рукавами определенно Лекси… и она идет за руку с Шейном.
О. Вау. Видимо, я кое-что пропустила, пока была дома, в Рондейле. Чейз, кажется, замечает мой взгляд, потому что наклоняется ко мне, чтобы тихо прошептать:
– Ты ведь помнишь, как Шейн помог отвезти твою машину в Рондейл?
– М-м-м, да.
Чейз глубоко вздыхает, указывая на ребят, которые как раз прокладывают себе дорогу к бару, а значит, и к нам.
– Я остался у него в долгу.
– Так ты их свел?
– Никто не может указывать Лекси, что делать, а что нет. Поверь, я пробовал. – Теперь он ухмыляется и выглядит при этом вполне довольным. – Я просто устроил, чтобы эти двое наконец поговорили друг с другом. Видимо, успешно.
Я растерянно моргаю. Определенно я ждала не этого. Но Лекси выглядит счастливой. Ее глаза весело сверкают, и она охает, когда замечает нас среди остальных гостей за стойкой. Меня, если быть точной. Она отпускает Шейна, протискивается сквозь толпу и хватает меня за руки.
– Ты здесь!
Я смеюсь.
– Да, и я остаюсь!
– Ты остаешься в Фервуде? – спрашивает Лекси, округляя глаза. – В самом деле?
Я несколько раз киваю.
– Ну наконец-то! – Она буквально стискивает меня в своих объятиях, и я отвечаю ей тем же.
Это был долгий путь, но я вернулась. Я вернулась к людям, которые так важны для меня. Которые стали моим домом.
Мы провели в баре еще целых два часа, прежде чем решили уйти. Вернее, прежде чем Чейз не свел меня с ума своими прикосновениями. Он гладит мои бока и кожу чуть ниже лифа, и я еле сдерживаюсь, чтобы не наброситься на него.
Тем временем дождь утих, и мы спешим в закусочную, прямо в мою комнату. У двери я хватаю Чейза за ворот и притягиваю к себе, чтобы поцеловать. Наконец-то. В последние несколько недель я скучала по нему очень сильно, и потребовалась только одна ночь и последующая ссора с родителями, чтобы окончательно убедиться в этом. А еще чтобы осознать, что для меня действительно важно сейчас. Поговорить с мамой и папой. Сходить в последний раз к доктору Пиятковски, чтобы обсудить с ней мое будущее. Отправить в литературное агентство историю Эмико. Собрать свои вещи и вернуться в Фервуд. Спросить Бет о комнате и вновь попросить работу.
Мне потребовалось очень много смелости, чтобы поцеловать Чейза и поверить, что он испытывает то же самое ко мне, что и я к нему. Притащить его в свою комнату, хотя большая часть вещей все еще в «Хонде», смело или глупо? Кровать не заправлена, и нигде не видно простыни или покрывала. Упс.
Чейз следит за моим взглядом, а затем осматривает комнату, освещенную только уличным фонарем. Когда он снова смотрит на меня, по его лицу расползается легкая улыбка. Без предупреждения он толкает меня назад, пока я не натыкаюсь на что-то твердое. Столик у окна. Шаткий стол.
– Ты шутишь… – задыхаюсь я.
Но Чейз только усмехается, кладет руки на мою талию и приподнимает меня.
– О нет, – он наклоняется ко мне для поцелуя и задергивает шторы.
Мое сердце бьется как сумасшедшее, а кожу словно пронзил ток. И дыхание учащается, будто мы бежали всю дорогу от бара и вверх по лестнице. Что мы, если честно, на самом деле и сделали.
Я громко смеюсь.
– Это безумие.
– Не так безумно, как ждать близости. – Чейз приникает к моим губам и слегка покусывает их. Жар расползается по моему телу, меня трясет. – Или тебе больше нравится пол? Душ? Стена?
– О боже… – Вместо ответа я прижимаю свои губы к его. Я не могу ничего поделать с мыслями, которые роятся в моей голове.
Через несколько секунд мы ненадолго отрываемся друг от друга, но только для того, чтобы Чейз мог снять рубашку и помочь мне снять мою. Они приземляются где-то на полу, как и мой лифчик. Никто из нас и не подумал включить свет или хотя бы прикроватную лампу, а с задернутыми шторами снаружи можно разглядеть только наши силуэты. Я не могу видеть лица Чейза, но чувствую его руки на своем теле и горячее дыхание на коже. Каким-то образом это делает все происходящее безумнее, лучше, нереальнее.
Мы действительно здесь. В Фервуде. И это не просто повторение лета, а начало чего-то другого, нового.
