- А что с русской красавицей? Будешь брать напором? Или измором? – лукаво и заинтриговано улыбается он. – Ставлю на «напор». Ты по-другому не умеешь, Солор.
- Она дикая, Сулейман. Не такая, как все. Не знаю, что с ней делать, - качаю головой.
- Покажи мне её, я подскажу, - не отрывая от меня взгляда, Кайшат пригубляет стакан воды.
- Хорошо. Когда?
- Завтра. В девять. Я ужинаю с одной своей подругой. Посидим вчетвером, поболтаем. А заодно я оценю твою перспективу насчёт… Как девушку зовут?
- Николь, - подкидываю слово.
- Оценю твою перспективу насчёт Николь.
Я не успеваю сказать, что хотел, потому что нас отвлекает звонок.
Он совершается на служебный телефон клуба. Видимо, сейчас на личный телефон Кайшата не дозвониться. Трубку Сулейману передает бармен.
- Это ваш отец, Сулейман Арифович, - сообщает он.
Узнав, кто звонит, моё сердце начинает отсчитывать ритм гулко и мощно, что аж в ушах отдаёт.
- Алло, - Кайшат, как всегда, невозмутим. Слушает собеседника внимательно, а потом на его лицо неожиданно прорывается светлая улыбка, - Солор здесь. Да. Это тебя, - с этими словами Сулейман протягивает мне телефон.
Желудок сворачивается и скручивается.
Отец.
Настоящий.
Хочет со мной поговорить.
О чём?
Чувствую себя тринадцатилетним пацаном, который растерялся и не может ответить на вопрос, изучающийся в старших классах.
Беру себя в руки. Вдыхаю и принимаю из рук Сулеймана телефон.
- Алло.
- Здравствуй, Солор, - доброжелательно раздается из трубки. Сейчас голос Арифа Кайшата для меня читается иначе.
На вдохе:
- Здравствуйте.
- Извини, что как снег на голову, я буквально украду у тебя одну минуту.
- Да не… Конечно! – волнуюсь очень.
- Дело сделано, сынок, теперь ты глава компании. Будь хорошим Фаделем, иначе судьбу предшественника тебе не миновать. Поверь, люди найдутся.
Каждое слово, как удар по гигантскому барабану. Как сорвавшаяся капля в вечно спящее озеро.
- Я буду следить. И помни, предателей у нас не любят.
- Я тебя услышал, отец, - будто бы и не я совсем отвечаю. Выдохнул эти слова по мере рождения их в моей голове.
- Удачи! – и в трубке потянулись гудки.
Это всё.
Это и конец и одновременно начало.
Я не сразу замечаю, что Сулейман пристально следит за моей реакцией.
- Всё хорошо? – изгибает бровь.
- Да, - кладу трубку на столешницу. Её мгновенно подхватывает бармен и убирает.
- Может, что-нибудь хочешь выпить?
- Нет, - тут же пресекаю, - мне пора домой.
- Ты с водителем?
- Да.
- Отлично. Я тебя провожу, - заявляет Сулейман и поднимается со стула.
Приезжаю домой.
Повсюду тишина и полумрак, только верный Стефан выползает откуда-то из коридора. Правило у него такое дожидаться появления последнего члена семьи и только потом на боковую.
- Вам что-то принести?
- Нет. Иди, ложись спать.
- Доброй ночи, господин Солор.
- Доброй ночи, Стефан.
Он уходит, а я чувствую, как во мне усиливается желание подняться в комнату Николь. Так и делаю. Поворачиваю ручку. Заперто.
Ищу слуг.
- Солор Ибрагимович, - растерянно хлопает глазами горничная.
- Ключ!
- Какой ключ? – строит из себя глупышку.
- От комнаты Николь.
Глаза её распахиваются.
- Господин Солор…
- Я тебя не спрашивал! Ключ мне отдала, - произношу строго.
Нехотя Мариса вытаскивает из передника ключ.
- Госпоже Николь это не понравится.
Непростая девчонка. С норовом.
- А ты будто знаешь, что я собираюсь делать?
- Если вы её обидите, я не стану молчать, - лезет на рожон.
- Ещё одно слово и вылетишь отсюда пробкой!
Наглая мелюзга.
Вздёрнув нос девчонка, марширует прочь.
Ещё я перед прислугой не отчитывался, что собираюсь делать.
Подхожу к комнате Николь, вставляю ключ и проворачиваю.
Отец… Тьфу! Ибрагим во всех комнатах установил особые дверные замки, которые можно открыть, даже если изнутри вставлен второй ключ.
Дверь даже не скрипит, когда я её открываю, вхожу и закрываю без лишнего шума.
На моё счастье она спит. Облегченно выдыхаю, понимая, что мне не грозит истерика или тирада обвинений и угроз, которые вряд ли могут быть выполнены хрупкой девушкой.
Подхожу к постели. Николь спит на краю, лежа на животе. Понятно, что сон сейчас у неё крепкий и глубокий. Нужно изрядно постараться, чтобы её разбудить.
Я и не хотел.
Вынимаю из кармана результаты анализов ДНК и ставлю на видное место, конкретно – на прикроватную тумбочку. Фиксирую вазочкой. Ну, вот и всё.
Пробегаю взглядом по спящей Николь. Думаю, она долго не спала, а потом вырубилась. Мои предположения подтверждаются, когда я на пятках разворачиваюсь и слышу приличный всхрап. Это вызывает у меня усмешку, покачав головой, удаляюсь из спальни дочери Ибрагима.
Тяжело пошевелиться. Совсем не хочется отрываться от постели, но чувствую, что сейчас не так рано, как хотелось бы.
Раздается стук в дверь.
Подскакиваю и тороплюсь узнать, кто там. Завязывая пояс атласного халата, сонно интересуюсь:
- Кто?
- Это я, Мариса.
Поворачиваю ключ и впускаю горничную.
- Всё в порядке? – оглядывая меня, тревожится она.
- Да, - промаргиваюсь.
Из меня вырывается сонный стон.
- Не выспались?
