- Нет. Буду одеваться. – Провожу рукой по волосам. – Ты зашла попрощаться, Мариса? – Растягиваю губы в улыбке. – Что ж…
- Николь, - волнительно вздрагивая ресницами, смотрит на меня она.
- Да что случилось? – хмурюсь и вопросительно дергаю левым плечом.
- К вам ночью приходил, господин Солор?
Начав анализировать вопрос горничной, резко оглядываюсь вокруг.
- Он здесь был? – сон как рукой сняло.
- Он брал у меня ключ.
Скептически окидываю взглядом Марису.
- Я спала. Не слышала никого, - говорю это и замечаю сложенный лист бумаги на своей прикроватной тумбе. Быстро подхожу и разворачиваю его.
Не сразу понимаю, что у меня в руках, а когда доходит, не представляю каково сейчас моё истинное положение.
- Мариса…
- Да?
- Ты можешь сказать мне, где все? – Находясь под впечатлением от информации, опускаюсь на край постели. - Я имею в виду: отца, Маргариту Витальевну и Солора.
- Насколько я знаю, Ибрагим Давидович улетел вчера за границу по важным делам. Остальные все дома. И всё, как обычно.
- «Обычно»? – изумленно вскидываюсь.
- А что не так?
- Куда улетел отец? Он никуда вчера не собирался, и вдруг – улетел!
- Вы не знаете хозяина, Николь. Он всегда делает то, что взбредет ему в голову и едет или летит, никого не предупреждая.
Чёрт!
- Спросите у Маргариты Витальевны. Может, она что-то знает. Скоро завтрак. Вам лучше спуститься.
- А если что-то случилось, Мариса? – в придуманном ужасе поднимаю на горничную глаза.
- Да я вроде бы ничего не слышала, - пожимает плечами.
- А когда Солор просил у тебя ключ? – прищуриваюсь.
- Около полуночи. Кажется, он куда-то ездил.
- И ты только сейчас пришла обо мне осведомиться? – задыхаюсь от возмущения.
- Да что вы, Николь! Я проследила, он через пять минут вышел из вашей комнаты. Сейчас пришла, чтобы разбудить вас к завтраку и узнать, не произошло ли чего-то странного.
- Спасибо за заботу! – сердито хмыкнув, выдаю и поправляю полы халата на своих коленях.
Мою претензию горничная пропускает мимо ушей.
- Через полчаса завтрак. Рекомендую спуститься вовремя, иначе рискуете потерять лояльность со стороны хозяйки, - Мариса деловито расстёгивает свою сумочку и вынимает крошечное зеркальце и, глядя в него, поправляет чёлку, а потом переводит взгляд на меня, - она не любит, когда нарушаются правила этого дома.
- Учту!
- Николь, я желаю вам добра. Если бы господин Солор хоть как-то обидел бы вас, я бы подняла на уши весь дом. Но этого не случилось. А может, - раздумывая над вариантами, девушка возводит глаза к потолку, - он просто передумал вас тревожить, потому что при разговоре с ним я ему пригрозила.
- Правда?
- Конечно, - она бросает зеркальце на дно сумочки и застёгивает её, - сегодня у меня выходной. Завтра приду. Будьте благоразумны, не злите хозяев.
Меня подмывает сказать Марисе о результатах ДНК, но я решаю подождать до завтра. Мне нужно встретиться и поговорить с отцом. А он сейчас так некстати куда-то улетел…
Спускаюсь к завтраку.
Сегодня я оделась скромно. Бирюзовое платье с запахом, длиной до середины колена, минимум макияжа, а волосы заплела в косу. Она у меня толстая, так как волосы густые, до середины спины.
- Доброе утро, - говорю я, толком не рассмотрев домашних.
- Доброе утро, - слышу довольный певучий голос Маргариты Витальевны и невольно поднимаю на неё глаза.
Она выглядит счастливой. Хм… А чему радоваться, когда её сын, оказался не сыном Ибрагима? И я мечу взгляд на Солора – место, которое он по обыкновению занимает, пустует. Тогда кто это сидит во главе стола?
Он!
Из-за шока я невольно отшатываюсь назад.
- Солор, - не понимаю, что он делает на месте отца.
- Николь, - поставив локти на стол и переплетя пальцы, он пристально смотрит на меня поверх своих рук, - мы тебя ждём. Присаживайся, пожалуйста, и будем завтракать.
Смотрит на меня, не мигая, знает обо всем теперь, но не скажет. Уверен, что Николь не начнёт сейчас обсуждать со мной результаты ДНК. Пообщавшись с этой девушкой, одно я понял хорошо, у неё ума больше, чем мне хотелось бы.
Глядя насторожено, она проходит и садится по левую руку от меня, напротив моей матери.
- Приятного аппетита, - желает хозяйка дома.
Развязывая салфетку, дочь Ибрагима замирает, поднимает глаза на неё и, вежливо поджав уголки губ, благодарит:
- Спасибо.
Мы завтракаем. Молча. Только под конец мама заговаривает, обращаясь ко мне:
- Я могу поинтересоваться, какие у тебя на сегодня планы, сынок?
- Конечно. Сначала поеду в спортзал, потом поработаю с помощником в кабинете. А вечером я ужинаю с Сулейманом и его подругой.
Глаза матери загораются радостным огнём. Она и в мыслях своих не могла мечтать о моём сближении с родной по крови семьёй. И вот теперь это происходит. Тем более так скоро, после устранения Ибрагима.
Она хотела что-то сказать, но удержалась. Зато я для Николь поясняю больше:
- Он пригласил меня и тебя, - коротко смотрю на девушку, - но мне нужно ещё обсудить это приглашение и понять, хочешь ты пойти на эту встречу или нет.
