Подобные действия могут показаться странными, вот только наёмники во внешнем периметре мне клятву верности не давали и стукачей там хватало. Я не хотел, чтобы на Кахоре преждевременно узнали о моём чудесном воскрешении, именно поэтому я до сих пор не связался со своей любимой Раберой.
«Когда она узнает о том, что ты скрывался от неё, она взбесится!»
Вот уж не сомневаюсь. Но пока я официально исчез и, вероятно, погиб, ей не грозит опасность. Напомню, что в последнее своё посещение Кахора, я успешно прикончил светлоэльфийскую мегашишку. Почему-то мне кажется, что эти остроухие твари не успели об этом забыть за четыре месяца.
«Я просто предупредил!»
Я просто ответил.
Ожидание выматывало: терпение никогда не являлось моей добродетелью, а уж после моего близкого знакомства с Елизароли и подавно. Поэтому я весь извёлся в ожидании, пока наконец не почувствовал приближение людей к поляне, где расположился.
Первыми вышли братья, я одновременно обнял Фериша и Родигеса:
– Как я рад вас видеть!
– Сен! Мы думали, что ты погиб… – вразнобой заговорили братья.
За ними стоял мой холодный, аки айсберг, помощник — Первый.
– Господин, я рад вас видеть живым и здоровым, – ни тени эмоции в его речах не чувствовалось, но я был уверен в его искренности. Затем случилось странное — юноша встал на колени и произнёс, – господин, прошу совершить правосудие и избавить меня от позора и тяжести жизни.
– Первый, ты чего несёшь? – удивился я, быстро перебежав взглядом по присутствующим братьям, я почувствовал что-то неладное. – Стоп! Где Джула?
Мы с учителем сидели на веранде его дома и пили сок, точнее пил сок только я, Бератрону, в силу его немертвой природы, такие продукты были нежелательны. Наша встреча с личем прошла на редкость тепло, вот только произошедшее с Джулой всё перечеркнуло. Месяц назад остроухие твари ухитрились выкрасть её, когда братья с Джулой посетили Рекер с хозяйственным визитом. Прямо из-под надзора Первого! Хотя, судя по всему, он умудрился влюбиться в Джулу, что явно не лучшим образом сказалось на его мозговой деятельности! «Мне показалось, что эльфы перестали следить за нами…» Идиот! У этих тварей тысячи лет впереди, они так быстро бы не успокоились. Наоборот, им теперь нужно как можно больше источников информации.
«Не будь к нему слишком строг. В остальном, Первый отличается крайним благоразумием и сообразительностью. А любовь штука вредная и часто опасная»!
Это не меняет ситуации. Моя сестра похищена остроухими ублюдками. И теперь…
– И что ты собираешься делать? – весьма в тон моих мыслей, задал вопрос лич.
– Вариантов у меня немного, учитель, – я вытащил сигариллу, закурил, собираясь с мыслями, – возможно, это покажется безумием, но мне придётся посетить Светлый Лес. С откровенно недружественным визитом.
Старый архимаг задумчиво перевёл взгляд на ходящего по двору Малыша и взял длинную паузу.
– Ты мой первый ученик, страдающий от столь острых приступов безумия.
– Учитель…
– Не перебивай! – лич поднял ладонь и продолжил. – Но, учитывая тот факт, что ты смог выбраться из объятий Елизароли, то задуманное тобой мероприятие, возможно, вполне может окончиться успехом. У меня один вопрос: зачем?
– Причин слишком много. Во-первых, я никогда не даю своих людей в обиду. Это принцип. Во-вторых, она моя сестра и мои эмоциональные желания вполне однозначны. В-третьих, такие вещи нельзя спускать.
– Говорить о том, что ты начнёшь войну со всеми Светлыми эльфами, не стану. У вас и так далеко не мир, – я согласно кивнул, – но ты осознаешь, что Джула может быть мертва?
– Если моя сестра, не дай боги, мертва, то я залью всё кровью. Светлый Лес переименуют в Кровавый.
– Как?
– Светлые сильны только в своём лесу. Вне своего леса они далеко не бессмертные, а демонология предоставляет множество средств для так называемых подлых и грязных ударов, – я затянулся и жёстко произнёс, – в моем родном мире бывали времена, когда институт терроризма достиг невиданных высот. Это будет полезно.
– Вижу, ты уже даже план придумал. И не сомневаюсь, что ты сможешь осуществить задуманное, – лич прислушался и громко произнёс. – Жозефина, не смей подслушивать!
– Женщины как кошки, слишком любопытны, – тихо произнёс я.
– Сен, – бывшая гадалка вышла на террасу из дома, – ты обязан спасти Джулу.
– Обязан, – согласно кивнул я, – и спасу.
– Жозефина, – строго произнёс лич, – оставь нас с моим учеником! Наедине!
– Как скажешь, милый, – брюнетка повернулась к личу спиной, подмигнула мне, показывая, что совсем не обманулась тоном Бератрона, и ушла в дом.
– Женщины, – буркнул архимаг, – аномальная головная боль. О чём мы говорили?
– О геноциде и терроре.
– Да, точно. О том, что ты собираешься устроить кровопускание всем светлым эльфам.
– При условии негативного сценария.
– При условии вероятного сценария, – жёстко произнёс лич, – не надо себя обманывать надеждами лишний раз. Ты собираешься устроить геноцид светлым эльфам, ты готов разрушить свою личную жизнь ради этого?
– Личную жизнь? – я непонимающе переспросил.
– Твоя возлюбленная Рабера тоже эльфа.
