Ночь прошла под звуки хруста и чавканья, но новых подрывов так и не последовало. У туши змейгорыныча, лежавшей метрах в сорока от позиций разведчиков, кто-то пищал, тявкал и копошился. Наутро выяснилось, что место гибели хищника кишмя кишит мелкими двуногими динозавриками. Десятки "куриц" рвали и терзали добычу, ссорились, верещали, отнимали друг у друга куски мяса. На это пиршество с ближайших деревьев наблюдали несколько крупных – длиной до полутора метров – ящериц, но, ни одна из них не рисковала вмешиваться в процесс дележа и поглощения туши двуногого крокодила.
— Шакалоподобные куры, — посмотрев на пиршество, сплюнул лейтенант Кольчугин. — Так, бойцы. Повышенное внимание, иначе нас схарчат, как этого динозавра. Всё, пошли.
Третий день погони начался со стрельбы. Спустя полтора часа путь роты преградило стадо червеедов, которые растерянно топтались у каменного склона, принюхиваясь к стелящемуся среди гигантских стволов сизому дыму. Вероятно, жившие во влажном лесу животные никогда раньше не встречались с рукотворным пожаром, поэтому и не знали, куда направить свои лапы. Обходить стадо, петляя между колоссами, было неудобно, поэтому капитан Славнов отдал приказ расчистить путь свинцом. Взвод лейтенанта Вавилова подкрался поближе, и мобпехи дали дружный залп. Спустя пять минут за спиной у разведчиков осталось девять трупов червеедов – пир на пару дней для тутошних шакалят. Десантники пошагали дальше, постепенно пересекая полосы дымовой завесы.
Как и предполагал ротный, бомбардировка разрушила мерное течение здешней жизни, согнав с привычных мест обитания десятки видов зверей. До полудня мобпехи ещё дважды открывали огонь по поедателям червей, а затем пеленгаторы зафиксировали присутствие поблизости пары крупных живых существ. Вероятно, это были сородичи двуногих крокодилов, которые некоторое время следовали за бойцами. К счастью, хищники пересеклись с небольшим стадом червеедов, и отстали на обед, предварительно оповестив округу о приёме пищи низкочастотным победным рёвом.
Далеко за полдень разведчики расположились для отдыха, не подозревая, что с выбранного ими места придётся бежать сломя голову. Пока мобпехи перекусывали, капитан Славнов вышел на связь с командованием и с командиром четвёртой роты. Однако закончить сеанс связи ротный не успел. В привычные уже фоновые звуки леса вплёлся лёгкий скрип, странный шелест, словно шум далёкого прибоя. Передовой дозор тотчас вскинул оружие.
— Что за чёрт? Разве тактический радар способен зафиксировать перемещение дерева? — глядя на экран, удивлённо произнёс капрал Крадо.
— Там, впереди, есть поваленное дерево. Но оно неподвижно, — поднимаясь с камня, заметил Рол Торсон. — Домир, дай-ка мне взглянуть, что на радаре.
Капрал передал прибор сержанту, а сам кивнул бойцам своей секции. Пятёрка десантников отошла метров на двадцать, и исчезла в дыму за ближайшим исполинским стволом. Какое-то время Торсон понаблюдал за движением странного "дерева", затем нахмурился, и трижды нажал тангетку рации.
— Рол, в чём дело? — Владислав поднялся на ноги, подошёл к сержанту.
— Думаю, что дело плохо, господин лейтенант, — почему-то шёпотом ответил разведчик. — Это – не может быть деревом, но оно движется. Вероятно, это змея, и змея гигантская.
— Змея? Такого размера? — Кольчугин также перешёл на шёпот. — Отсюда надо уносить ноги! Где Домир и его бойцы?
— Вон, появились, — вскинул руку сержант. — Глаза, словно блюдца. Похоже, парни увидели чёрта в ступе.
Капрал и четвёрка мобпехов, крадучась, пятясь спиной, вышли из-за дерева, развернулись, и стремительно припустили к месту привала. Подбежав к лейтенанту, Крадо молча достал тактический коммуникатор, включил воспроизведение записи. Лица десантников изумлённо вытянулись, а Кольчугин, не мешкая, поднял сигнал общей тревоги по коду "ноль-три-ноль".
Капитан Славнов тотчас прервал разговор с командиром "терры", и минуту спустя весь личный состав роты мчался назад по своим же собственным следам. Кто-то дожёвывал на ходу, кто-то успел сделать глоток другой тонизирующего напитка, запивая наспех проглоченную пищу. Разведчики молчали, понимая, что незапланированный марш-бросок бегом с бухты барахты не объявляют. Лишь, отбежав на три километра, ротный приказал перейти на шаг, а ещё через километр объявил привал.
— Перекинь это на коммуникаторы всех бойцов, а затем перешли Кольцову, — просмотрев видео, капитан Смирнов подозвал связиста, и ехидно усмехнулся. — Ну, что, мобпехи, никто не обмочился?
— А кто это был? Я и не разглядел толком, — бодро пожал плечами лейтенант Риккардо.
— Это был офигенно большой змей, — пытаясь передать собственные ощущения, свистящим шёпотом ответил Владислав.
— Похоже, мы столкнулись с тем, кто харчит змейгорынычей. С тем, кто стоит на вершине местной пищевой цепочки, — заметил командир третьего взвода.
— Да, такой питончик вполне способен проглотить поезд, на котором сбежали циклопы, — согласился ротный. — Вероятно, бомбёжка потревожила хозяина здешних мест, и он пустился в путешествие. Кольчугин, куда полз питон?
