На вторые сутки погони рота Славнова приспособилась к особенностям передвижения по местной почве, и к вечеру прошла около тридцати километров. Капитан полагал, что на следующий день темп увеличится ещё, и разведчики смогут проходить по тридцать пять – сорок километров в сутки. О пятидесяти километрах ротный и не мечтал, учитывая нагрузку на каждого человека и специфику ландшафта. Десантники выглядели слегка уставшими, но не столько физически, сколько морально. Сказывалось нервное напряжение предыдущих дней.
Чем дальше мобпехи углублялись в дебри колоссального каньона, тем больше на их пути встречалось различной местной живности. Новоземляне быстро отметили, что большинство зверей вели древесный образ жизни в прямом смысле этого слова. Разнообразные ящерицы шастали туда-сюда по стволам, словно по скоростным магистралям, охотясь на червей, насекомых, и друг на друга. На склонах ущелья, в расщелинах жили мелкие двуногие динозаврики, по размерам похожие на обыкновенных домашних кур. Впрочем, эти крохи имели острые зубы, и жадно поедали мелких червей и слизней, коих по камням ползало великое множество. Попадались стада уже ставших старыми знакомыми червеедов, достаточно пугливых в здешних местах, убегающих при первых же признаках опасности. Где-то вверху, в сине-зелёной листве гигантских деревьев рычали и кричали неведомые звери, не спешившие спускаться вниз. Вверху кипела своя, невидимая наблюдателями с земли жизнь, точнее – борьба за существование. Найдя более-менее удобное с точки зрения обороны место, капитан Славнов решил остановиться здесь на ночь.
— Уфф. Слава Богу, обошлось без встреч с чудаюдами, — с облегчением вытягивая ноги, произнёс сержант Торсон. — Кего, а ты что, недоволен? Чего раздуваешь ноздри?
— Дымом пахнет. Где-то вдалеке был пожар, — принюхиваясь, ответил рядовой Тапс.
— Вот гадство. А я думал, что это одному мне показалось. Скорее всего, от бомбёжки загорелся лес, и нам теперь станет веселей шагать, — настраивая ПНВ, поморщился лейтенант Кольчугин.
— Влад, пошли к ротному, — из темноты вынырнула фигура командира второго взвода, за которым угадывался силуэт лейтенанта Вавилова.
— Рол, начинайте работать, — поднимаясь на ноги, бросил Владислав. — Пока меня нет, оборудуйте позиции, расставьте датчики и ловушки.
Для начала капитан Славнов расспросил взводных о самочувствии и настроении личного состава. Затем тяжело вздохнул, и, выведя на тактический планшет карту местности, стал объяснять задачу на завтра. Километрах в двадцати от места ночёвки каньон раздваивался на пару рукавов, а от одного из них ответвлялся ещё и небольшой тупик. Роте предстояло действовать повзводно, чтобы обшарить все три направления. Существовала вероятность того, что одноглазые также разделились на несколько групп, и имеют все шансы ускользнуть от погони.
— Беспилотники, господа офицеры, здесь бессильны, а пеленгаторы находят любую живность, но неспособны в этом многослойном фарше отличить неразумное зверьё от хитроумного циклопа. Кроме того, чувствуете запах дыма? Авиация оказала нам медвежью услугу, нарушив природный баланс и гармонию реликтового леса. Я понимаю наших генералов – они хотели, как лучше, и побыстрее. Вряд ли противник настолько глуп, чтобы угодить под слепую бомбёжку. А вот животные теперь напуганы и встревожены. Впрочем, вы сегодня и сами всё видели, — слова командира роты нисколько не добавили офицерам оптимизма.
— Надеюсь, что эта ночь пройдёт мирно и спокойно, — убирая планшет в чехол, подытожил Славнов. — А завтра…
Речь капитана заглушил сильный взрыв, за ним другой, третий. Застрочил пулемёт, поливая шевелящуюся у дерева тень. Ухнул чей-то подствольник. Рёв раненой твари захлебнулся кровью, послышались глухие удары, какие-то шаркающие звуки. Всё стихло. Замерший на минуту лес вернулся к своей прежней жизни.
— Накаркал, — тяжело вздохнул ротный. — Ну, есть добровольцы глянуть, кто там попался в ловушку?
Добровольцы нашлись, и вскоре все десантники знали, что на минах подорвался молодой змейгорыныч. Причудливый симбиоз динозавра и млекопитающего. Первый из взрывов оторвал ящеру стопу ноги, и зверь рухнул ещё на пару мин. Пулемётчик изрешетил агонизирующую тушу, высадив в неё полкороба патронов. Не промахнулся и напарник дозорного: граната вспорола зверю живот, вывалив наружу его содержимое. Оказалось, что приборы засекли приближение хищной твари, но животное до последнего момента грамотно пряталось за гигантскими стволами. И напоролось на минную ловушку.
— По большому счёту, нам повезло, — признался позднее сержант Слэйтер. — Если бы динозавр подкрался на дистанцию прыжка, то пулемёт бы его не остановил. Наше спасение в минах и взрывчатке.
