Как только на экране замелькали титры, я поднялся со своего места и начал пробираться к лестнице, ведущей на выход. Когда я обернулся, чтобы посмотреть, шел ли Джерард за мной, во мне вдруг решил проснуться мой внутренний неудачник, потому что в ту же секунду я потерял равновесие и грохнулся на задницу, скатившись на несколько ступенек вниз.
Джерард тут же помог мне подняться, подхватывая под локоть и не переставая тихо посмеиваться. Мое сердце колотилось как бешеное, в то время как я пытался взять себя в руки и восстановить моментально сбившееся дыхание. Господи Иисусе, я сгорал от стыда. Сколько людей это заметило? Я помнил, что в зале было не так много зрителей, но падение с лестницы – это точно не то, что может вселить в вас уверенность. Слава богу, что Джерард был рядом. Он спас меня, и плевать, что я опозорился у него на глазах.
Доведя меня до машины, он не торопился отпускать мой локоть.
- Это был очень плавный спуск с лестницы, Фи, - смеялся он, наконец освобождая меня от крепкой хватки. – Ты уверен, что можешь самостоятельно сесть в машину? Может тебе помочь пристегнуть ремень?
- Заткнись, - пробормотал я, избегая зрительного контакта.
*
После мы отправились в парк, к нашему холму, чтобы остаток вечера проваляться там, болтая о всякой ерунде. Завтра нужно было в школу, а это значит, что у меня было всего несколько часов в компании Джерарда прежде, чем он отвезет меня домой в десять часов вечера и на прощание пожелает спокойной ночи. Он делал это каждый день. С тех пор, как он обзавелся целью произвести на мою маму самое лучшее впечатление, он буквально жил этой идеей. И делал все, чтобы в каждый вечер во время учебной недели я был дома ровно в десять часов, несмотря на все мои протесты.
Не думаю, что мама это вообще замечала.
- Ты знаешь, теперь меня преследует параноидальная мысль, что у нашего холма есть глаза, - произнес я, осматриваясь по сторонам и замечая, что детская площадка была пуста.
Он лишь тихо рассмеялся. Нельзя сказать, что подобное звонкое хихиканье красит парня, но в его случае все было по-другому. Отчасти из-за того, что у него был довольно хриплый голос, поэтому такой контраст смотрелся забавно.
- Я не шучу. Серьезно, ты замечал, чтобы сюда приходил кто-нибудь еще? Я никогда и никого здесь не видел. Только мы. Может быть, в этом есть какой-нибудь подвох, о котором мы не знаем, и этот район заражен радиацией… О, боже, мы умрем, Джерард!
Не сводя с меня пристального взгляда, он удивленно моргнул.
- Фрэнки, иногда мне кажется, что у тебя еще более богатое воображение, чем у меня. Это очень здорово, ты в курсе?
- Ну, эм, да… Наверно.
Заткнись. Прекрати это говорить. Ты похож на идиота.
- У тебя, должно быть, было полно парней в прошлом.
Я уставился на него в недоумении.
- Конечно, мы ведь оба знаем, как я популярен в школе.
- Правда? Ты раньше никогда ни с кем не встречался?
- Нет, - пробормотал я, - и тебе известно, что я был девственником…
Круто, вот мы и подошли к этой гребаной теме. Блять. Тихо, все в порядке. Сохраняй спокойствие. Нет причин нервничать или загружаться. Он – обычный человек, у вас был опыт в одном деликатном вопросе, а сейчас вы просто по-дружески болтаете…
- Ты не обязан заниматься сексом, даже если ты с кем-то встречаешься, - уверенно заявил он. – Так значит ты никогда…
О боже. Почему мы вообще должны об этом говорить? Разве он и так не понимает, что у меня никогда не было парня? Да это можно сказать, только взглянув на меня.
- Нет. Я мог на какого-нибудь запасть, но чаще всего это было не серьезно. А ты? – спросил я, действительно надеясь, что он, так же как и я держался одиночкой. Никто не смеет прикасаться к нему при мне, и плевать, если это будет даже обычное проклятое объятие.
- В свое время мне разбили сердце. Хотя у меня никогда не было серьезных отношений. Так или иначе, в нашей школе все равно нет никого, кто стоил бы моего потраченного времени.
Тебе разбили сердце. Означает ли это, что ты все-таки с кем-то встречался или нет, черт бы тебя побрал! И что значит – в нашей школе нет никого, кто бы удостоился его внимания? Вообще-то, я ходил в ту же школу. Это в очередной раз доказывало, что я абсолютно его не интересовал?
- Ты когда-нибудь держался с кем-то за руку? – продолжил я, отчаянно желая узнать о нем любую мелочь. Я был настолько жаден, я хотел, чтобы весь он принадлежал только мне.
- Ну, я держал за руку тебя, - ответил он, лукаво изогнув бровь.
Я пытался сохранить спокойное дыхания, заметив на себе его прожигающий, словно намекающий на что-то взгляд, и так не вовремя вспомнив ночь после концерта.
- О, ну да… - застенчиво улыбнулся я. – Но что относительно других людей?
Мне хотелось надеяться, что я вел себя не слишком навязчиво и ревниво, но я должен был знать все. Ради успокоения своей души, я должен был.
- Может быть, еще в детском саду, когда переходил с кем-нибудь через дорогу.
- И… больше никогда?
