Тут темно и накурено, дюжина полированных столов расставлена вокруг высоченной барной стойки, официантки шныряют в одних чулках и белых передниках, атмосфера веселая и бесстыжая. Но очень шумно, и буквально все места заняты. Я бы не нашел Бальтазара, даже облазив и обнюхав каждый стул и диванчик, если бы он не захотел быть найденным. Он поймал меня сам. Схватил за волосы.
— Продолжаешь шпионить? — его вид не сулит мне ничего хорошего. Я с ужасом понял, что не продумывал речь и даже объяснить не в состоянии, зачем пошел за ним. — Радуешься?
— Нечему радоваться. Волосы отпустишь?
Он разжал кулак. Я сел за стол рядом с ним, не дожидаясь приглашения. Бэл заказывал для себя какое-то крепкое пойло, черное и непрозрачное. И все. К нам подошла рослая девушка с чрезвычайно выдающейся грудью, в крохотном треугольном фартучке и вульгарных лаковых ботфортах. Боюсь, я пялился на нее уж очень беззастенчиво.
— Добро пожаловать, — она присела в реверансе. — Чего изволит ваш друг, красивый герр?
— «Секс на пляже» и томатный сэндвич. Спасибо, Хелена.
— Лол, что?! — я даже оторвался от просмотра сисек. Хотя никакая реплика не оторвала бы, а просто Хелена приняла заказ, развернулась и ушла.
— Это название коктейля, Стю. И силикон.
- ?! — если Бэлу хотелось сделать меня дважды дураком, то у него все блестяще получилось.
— Я сказал — силикон. У нее в груди. Ты правда никогда не видел?
— Ну конечно, черт возьми, по Марсу каждый день ходят голые красотки с имплантатами в сиськах, — я спохватился. — Извини. Я слышал о таких операциях, но воочию не заметил различие. У меня была только одна баба, и у нее нулевой размер. Нам обязательно развивать эту тему?
— Нет. Нам и вовсе разговаривать необязательно.
Бэл залпом опрокинул в себя коктейль. Я с тревогой наблюдал, как он разбивает стакан об дубовую ножку стола. Какой это по счету стакан? В зеленых глазах ни намека на опьянение, но я ведь не отличаю хорошие сиськи от поддельных, куда уж мне различить пьяного Бэла и трезвого?
Надо рисковать. Я закусил губу и придвинулся. Положил ладонь на его щеку и повернул, заставив смотреть на себя, а не на бутылки у бармена на полках. Бэл резко сбросил мою руку, я призвал всех древних лесных богов Изменчивых и упрямо вернул ладонь на его лицо. Держу, с ужасом ожидая… сам не знаю чего. Драки, выбитых зубов, штрафов за хулиганское поведение и полицейских протоколов. Лишь бы не ссоры. Как будто мы…
— Вы сосёте друг у друга, голубчики? — мда, это было внезапно. Сильно поддатый джентльмен у бара, еле сидевший на высоком стуле, свернул себе шею, разглядывая наши напряженные лица сквозь отходы табачной индустрии.
— Сам себе отсоси, кровавый выкидыш шлюхи-сифилитички, — а это ответ Бальтазара. Голос не узнать, сильный и твердый. И вежливый, предельно, не подкопаешься. Он не сводит с меня глаз. Что бы такое сказать и не опозориться…
Ничего не придумалось. Схватил его за затылок и всосался в раскрытые губы. Давненько мы не целовались. Тревога улетучивается по мере того, как я валюсь на спинку дивана под весом его тела. Я, наверное, согласен на секс в баре (и на пляже), хотя за это тоже полагается штраф. Все, все, не думаю ни о чем. Наслаждаюсь Бэлом, хозяйничающим под одеждой. Он горячий и волнующий, как и всегда. Выгибает меня над диваном легкими обжигающими прикосновениями, ослабляет широкий ремень моей формы… Я застонал, ощутив его тонкие пальцы сжавшимися вокруг моего члена. И медленно поднял голову, шокированный. Мы что, действительно займемся тут сексом?!
— Бэл? — я ткнулся носом в его нос. Знакомый до боли жест нашего единения. — Ты рехнулся?
— Нет пока, но работаю над этим, — он провел языком по моим ключицам. Просунул колено мне между ног, и я сжал его, повинуясь требовательному взгляду. — Ты знаешь, как зовут охранника на входе?
— Понятия не имею. Отвратительный тип.
— А того болтливого пьяницу у барной стойки?
— Нет, — у меня проснулись смутные подозрения. — А сейчас ты спросишь об официантке без бейджа, имя которой ты тем не менее называл? Твое бегство сюда было спланировано?
— Именно, — он холодно сверкнул глазами. Взгляд Бальтазара-убийцы я обожаю больше, чем что-либо еще в своей недолгой жизни. — Стю, засунь руку в мои штаны и достань анкеты. Твое задание началось.
========== 11. Задание ==========
Мы жадно целуемся, задыхаясь все больше и больше, параллельно я читаю три листка с характеристиками, читаю пальцами рельефные буквы, я обучен письму для слепых. Я много чему обучен, на самом-то деле. И я помыслить не мог, в каких странных ситуациях может пригодиться то или иное умение. Я вычитал настолько любопытные вещи, что, если бы Бэл не целовал меня с огромным вожделением, жестко зафиксировав в одной позе, я бы обязательно спалил контору своими наивными воплями удивления.
