ветер с гор! В эту пору все кажется доступным и легким... Окружить Нидерланды блокадой, лишить их соли, скупить весь ганзийский хлеб, которым они питаются, закрыть перед ними порты Испании — все это зимние проекты. В 1565—1566 годах, после грандиозного провала турок на Мальте, когда все еще живут опасениями только что миновавшего лета, строятся планы направить в Ла Гулетту 12 тысяч, человек, итальянцев и испанцев131. Но как разместить их на территории гарнизона, весьма ограниченной даже после расширения, произведенного в шестидесятые годы? Об этом не стоит беспокоиться: их можно расположить под прикрытием стен, со стороны мыса Бон, что на карте выглядит совсем неплохо. Все предусмотрено, но, как часто бывало, ничего не осуществилось. Лето в этом смысле не столько более благоразумный, сколько более реалистический сезон, или, если выразиться точнее, летом события протекают вдалеке, подчиняясь собственной логике и не всегда поддаваясь контролю со стороны держав.
Однако у зимы есть и положительная сторона, одна-единствен- ная: зима — это время переговоров, дипломатических встреч, мирных намерений. С этой точки зрения зимняя спячка полезна. Во всяком случае остается фактом, что мирные договоры, изучаемые в этой книге, относятся к холодному времени года и чередуются с летними мятежами и вспышками насилия. Като-Камбрезийский мир родился в собеседованиях зимы 1558—1559 годов, он был подписан 2 и 3 апреля 1559 года. Испано-турецкие перемирия приходятся на разгар зимы, мир 1581 года был подписан 7 февраля, перемирие в Вербене — 2 мая 1598 года. 12-летнее перемирие будет подписано в Гааге132 9 апреля 1609 года. Только испано-английский мир, утвержденный 28 августа 1604 года133, является исключением из правила. Но не был ли он на деле предрешенным в момент смерти Елизаветы, в марте 1603 года и согласован во время пребывания в Англии дона Хуана де Таксиса, графа Вилламедианы (июнь 1603 года)? Впрочем, мы далеки от того, чтобы сводить сложную дипломатическую игру к простой смене времен года. Тем не менее и дата подписания соглашения имеет свое значение. Если она приходится на начало зимы, тогда можно предполагать, что предварительного обсуждения почти не было; если на ее последние дни, то это говорит об острых спорах: что же, как не страх, ожидание надвигающегося лета и связанных с ним огром - ных военных расходов, может образумить правителей?
Суровые зимы
Итак, вот сладкие и приятные образы Средиземноморья, осененные миром и покоем, к которым прибавляются другие: солнечные якобы ян - варские дни, изображенные на плакатах, рекламирующих Лазурный берег; тучи усталых перелетных птиц, дождем падающих на южную землю, как манна небесная, особенно в Египте, который казался Белой дю Ману 4 «белоснежным» от этих птиц, наверняка в то самое время, когда в полях можно было собирать перепелок вручную, как овощи.
На самом деле средиземноморская зима, как и в Европе, не столь привлекательное явление. Она готовит суровые испытания для бедняков, особенно в городах. 6 ноября 1572 года Джованни Андреа Дориа писал Дону Хуану Австрийскому135: «Вашему Высочеству следует знать, что, поскольку на территории Генуи не выращивают хлеба, а других съестных припасов недостаточно, здесь очень многие живут в нищете, не только в горах, но даже в городе. Бедняки едва сводят концы с кон - цами, особенно зимой, когда к недостатку хлеба прибавляется нужда в теплой одежде, а зарабатывать на это нечем». Таким образом, заверша - ется письмо, «этой весной в Генуе можно набрать добровольных каторжников на шиурмы для десяти галер». Вот убийственное свидетель - ство о Генуе — городе банков и о средиземноморской зиме13 ...
