WORD to PDF Converter - go4convert.com полностью

Слишком очевидно, что эти примеры ставят перед нами проблемы, которые только на первый взгляд могут показаться простыми и доста - точно частными. Недавняя работа Рене Береля о Нижнем Провансе XVII—XVIII веков¹⁸³, проливающая на них новый свет, справедливо предостерегает нас от такого поверхностного взгляда. Более пристальное рассмотрение показывает, что мало что может сравниться по сложности и изменчивости во времени с этой хрупкой экономикой земледелия на террасах, расположившихся по склонам холмов. Полоска земли, зажатая между более или менее отстоящими друг от друга стенками, называе - мыми «рестанк» или чаще «ульера», становится шире или уже в зависимо­сти от угла наклона косогора. «Виноградник располагался по краю уль - еры, редкие деревья — по всей ее площади»; между виноградом и деревь­ями растут зерновые, овес в смеси с земляными орехами (корм для мулов) и, главным образом, овощи (чечевица, горох, бобы). Эти культуры нахо­дятся в вынужденном соперничестве друг с другом, обусловленном ры­ночными ценами; они конкурируют также с продукцией соседних облас­тей, включенных в более крупные процветающие или отсталые системы хозяйства. Сельская местность вокруг Виченцы в конце XVI века, казалось,

Во Франции.

принадлежала одному владельцу, поскольку была «сплошь покрыта са - дами», хотя состояла из равнинных участков, долин и monti ¹ . Зато сколько пустынных холмов, которые не имеет смысла подвергать rompude, расчистке¹⁸ , было во внутренней части Нижнего Лангедока! Не покидают ли тот или иной каменистый pech часто из-за того, что конъюнктура становится невыгодной? Ведь трудовые затраты на возде - лывание террасных культур не всегда окупаются.

Короче говоря, не стоит слишком преувеличивать важность этого мира холмов, в целом довольно немногочисленных. В Средиземноморье они зачастую обладают самыми прочно укоренившимися человеческими ресурсами, самыми устойчивыми ландшафтами, но видеть в них главную опору средиземноморской цивилизации, ее единственное творческое начало, как поступает Люсьен Ромье¹⁸⁶, было бы чревато слишком сме­лым упрощением. Нам не следует, в свою очередь, поддаваться искуше - нию и, увлекшись примером тосканских или лангедокских холмов, за­бывать ради этих ограниченных источников о других питательных началах огромного средиземноморского тела.

РАВНИНЫ

Еще легче впасть в ошибку относительно роли равнин Средиземно - морья. Скажите «горы» — эхом разносится в ответ: суровость, скудость, малая плотность населения, отсталость. Скажите «равнина» — эхо от­вечает: изобилие, приветливость, богатство, жизненные удобства. Но если речь идет о средиземноморских странах в рассматриваемое нами время, тот, кто прислушивается к эху, может легко обмануться.

Конечно, в Средиземноморье есть большие и малые равнины, ко - торые часто образовывались между пиренейско-альпийскими складча­тостями вследствие обрушения с последующим заполнением наноса­ми — результатом тысячелетних усилий озер, рек, или морей. Излишне говорить, что и равнины, более или менее обширные (только десяток из них выделяется своими размерами или своими ресурсами) и более или менее удаленные от моря, сильно отличаются своими характеристиками от окружающих их высокогорий. У них разная протяженность светового

Гор.

Участок.

дня, разные краски, на них растут разные цветы. Не совпадают даже вре­мена года. В то время как Верхний Прованс и Дофине зима покидает с опо­зданием, в Нижнем Провансе она «продолжается не более одного месяца», «так что в течение одного сезона там можно видеть и розы, и маки, и цве­тущие апельсиновые деревья»¹⁸ . Посол де Брев, который 26 июня 1605 года отправляется со своими спутниками смотреть ливанские кедры, удивляется различию, которое происходит от высоты местности: «Здесь (в Ливане) виноградники только начинают цвести, как и оливы, а хлеба — желтеть; в Триполи же (у моря) можно видеть спелый виноград и оливки, сжатый хлеб и созревающие фрукты»¹⁸ . Фламандец Пьер Кук д'Алост в 1533 году повествует нам, подкрепляя свой рассказ иллюстрацией, о трудностях, встречающихся ему помимо «дождя, ветра, снега или града» на пути через горы Славонии. «Когда едешь по деревенской местности на равнине», все улаживается:      «...греческие женщины приносят для продажи

проезжающим всякого рода съестное и припасы надлежащего качества, потребные для путешественников, как-то: лошадиные подковы, ячмень, овес, вино, хлеб или испеченные в золе лепешки»¹⁸ . Такую же радость вы­казывает в 1573 году Филипп де Канэ, добравшись на выходе из заснежен­ных гор Албании до приветливых фракийских долин¹⁹⁰. Подобно ему мно­гие другие путешественники были тронуты очарованием жарких равнин, которые, казалось, открывали людям свои ласковые объятия¹⁹¹.

Так только казалось. Ведь эти равнины легко было обустраивать, когда они имели малую протяженность¹⁹². Люди тотчас же взяли в оборот их

193