— Ли, — мягко проговорил Зейн, и шатену стало еще хуже, ведь, несмотря на то, что звучал его собственный голос, было предельно ясно, что говорит не Лиам. Разница была настолько очевидна, что Пейн начал паниковать еще больше.
Да, ему уже не было страшно, он уже был в панике! Лиам потянул за свои — Зейна — волосы, пытаясь болью утихомирить бурю, зарождающуюся внутри него. Он не мог дышать… Он пытался, изо всех сил пытался, но не получалось…
А в следующий момент Малик встал с кровати, и Пейну стало страшно уже по другой причине: крупные руки обвились вокруг него в объятии, сдавливая, сжимая изо всех сил, выталкивая последние крупицы воздуха.
— Мне нечем дышать, — прохрипел Лиам. — Зейн, ты слишком…
— Неужели я такой хрупкий? — поразился старший парень, тут же отпуская.
О да, подумал младший. Именно поэтому Лиам был всегда так осторожен. Конечно, пакистанец некоторое время назад занялся спортом и даже немного подкачался, но всё равно оставался худосочным, поэтому Пейн всегда бережно относился к старшему товарищу даже в минуты яростного спора. С другими он так не осторожничал.
— Я не знаю, — промямлил Лиам, не желая произносить вслух ничего из того, о чём он сейчас думал.
— Ты такой сильный, — с восторгом произнёс Зейн. — А ты пробовал когда-нибудь проломить стену? Или выбить дверь? А ты вообще когда-нибудь устаёшь?
— Что? — нахмурился шатен, паника понемногу отступала. — Я…нет… я не супергерой, Зи!
— Ты мог бы им быть, — возразил Зейн, рассматривая себя. Затем усмехнулся, опять обернул руки вокруг тела Лиама, и младший парень почувствовал, что его ноги отрываются от пола. Малик поставил парня обратно на пол, и, посмеиваясь, добавил:
— А ты можешь причинить серьёзный урон, Ли!
— Да неужели? — возмутился Пейн. — Может, ты уже прекратишь придуриваться, и мы, наконец, сфокусируемся на решении нашей проблемы?
Пакистанец закатил глаза с обиженным видом. Лиам был на 100% уверен, что на его лице никогда не было подобного выражения раньше, а еще он был уверен, что оно ему абсолютно не нравится.
— Ладно, — сдался Зейн и присел обратно на кровать, облокотившись на руки, — у меня нет никаких идей, и, я уверен, что у тебя тоже. Сложно исправить то, что мы даже не в состоянии контролировать.
— И что ты предлагаешь? — спросил Лиам, чувствуя, что от слов пакистанца утихшая было паника опять начинает расти.
— Смириться, — зевая, пожал плечами Малик. — Мы ничего не можем изменить, верно? Надеюсь, всё само собой образуется.
Раньше Пейна всегда восхищала эта способность старшего друга не заморачиваться. В сравнении с поведением остальных парней, это ощущалось как глоток свежего воздуха. В то время как Найл и Луи орали друг на друга и бесились, Зейн обычно отстранённо наблюдал, не вмешиваясь в общее безумие. В то время как Луи и Гарри пререкались по очередному пустячному поводу, Зейн обычно закатывал глаза, но не вмешивался. Зейн всегда заставлял Лиама чувствовать себя уверенным, крепко стоящим на ногах, но именно сейчас Пейн практически ненавидел такое флегматичное спокойствие пакистанца. Как можно оставаться спокойным, когда вокруг творится такое?
— Само собой образуется, — повторил шатен. — У нас интервью через двадцать четыре часа! А чуть позже — выступление! Ты хоть представляешь, что произойдет, если мы не вернёмся в свои тела?
— Пиздец, — медленно сказал Зейн, и тень беспокойства промелькнула на его лице.
— Бинго! — воскликнул Лиам. — Вот именно! Что будем делать?
— Я… — колеблясь, потёр шею Малик, — я не знаю, — наконец, признался он. — Думаю, для начала нужно одеться.
Лиам осознал, что они так и сидят в одном нижнем белье. Конечно, до этого момента его волновали более серьёзные проблемы.
— Точно, — согласился он, — это… да, это хорошая идея!
Лиам открыл сумку, порылся в вещах и выудил джинсы с футболкой. Однако когда он протянул одежду Зейну, тот сморщился.
— Что?
— Я это не надену! — передёрнул плечами Малик. — Что ещё у тебя есть?
— Да что с ними не так? — изумился Пейн, осматривая вещи.
Зейн закатил глаза и начал рыться в сумке сам. Оставив предложенные Лиамом джинсы, он добавил к ним майку и кофту.
— Ты лучше смотришься в майках, — промямлил Малик, одеваясь.
Лиам не нашёлся, что ответить. Приведя себя в порядок, Зейн направился к выходу, обронив:
— Пойду принесу вещи для тебя из своей комнаты. Не могу поверить, что ты шёл по коридору в таком виде! Ли, клянусь, если в прессе появится хоть одна моя фотография, разгуливающим по отелю в нижнем белье, я тебя убью!
— Как будто у них нет таких фотографий, — фыркнул шатен.
Малик шлёпнул его вместо ответа и вышел. Всё время, пока пакистанец отсутствовал, Лиам мерял шагами номер, пытаясь успокоиться. Было дико ощущать себя в чужом теле. Как Зейн проверял силу мышц в теле Лиама, так и Пейн сейчас пытался понять тело брюнета. Он поднял руки и нахмурился, не ощутив большой разницы. Он провел рукой по животу, пощупал немного выпирающие рёбра и только потом осознал, что делает.
Он лапал Зейна… Считается ли сейчас, что он лапал Зейна, если он просто ощупывал себя? Блядь.