— Ты мне не веришь, — вздохнул шатен.
— Я думаю, — заботливо сказал Стайлз, — то, что ты плакал всю ночь, немного выбило тебя из колеи.
— Я…Зейн плакал всю ночь? — прошептал Лиам. — Почему?
— Потому что ты поссорился с Лиамом, — нахмурился Гарри, произнося каждое слово медленно и чётко. — Потому что ты терпеть не можешь ругаться с ним, и сейчас сожалеешь о том, что сказал, но ты слишком осёл, чтобы просто пойти и извиниться. Что, кстати, полнейший идиотизм!
— Он сказал это? — Лиам почувствовал, что у него участился пульс. — Он сказал, что сожалеет?
— Ты сказал, что ты сожалеешь! — обеспокоенно поправил Гарри. — Зейн, ты точно в порядке? Может, стоит куда-нибудь позвонить?
— Нет, — вздохнул Лиам, понимая, что это бесполезно. Гарри ему не верил, и его сложно было в этом винить.
— Надо найти Зейна. Я должен… надо разобраться, что случилось.
— Зейн! — крикнул вслед Стайлз. — Не надо!
Лиам захлопнул дверь номера и помчался по коридору отеля. Гарри спешил за ним, но Пейн не оглядывался. Он подёргал ручку двери своего номера, однако тот был закрыт. Лиам забарабанил в дверь.
— Иду, иду, — услышал он свой же стон. Это было… Это было дико. Голос звучал, как запись, но это на самом деле был он. Вернее, не он, потому что он — это он, а он сейчас в теле Зейна, и, блядь… Лиам почувствовал, что голова просто разрывается на части.
— Зейн, — запыхавшись, подбежал Гарри, — что ты творишь?
Лиам не ответил, и в этот момент дверь распахнулась. Это было не то же самое, когда он увидел отражение в зеркале. Это было абсолютно по-другому. Очень странно. Это было, как в тех дешёвых мыльных операх, только в реальности. И он ничего не мог поделать, только пялиться на самого себя, убеждаясь, что всё это действительно происходит. Лиам увидел, как открывается его рот, и стоящий перед ним Лиам издаёт по-девичьи визгливый звук.
— Что за хуйня?! — вскрикнул Лиам, вернее не Лиам, а кто-то другой в его теле. — Что… что за хуйня?
— Зейн? — спросил Пейн. — Зейн, скажи, что это ты, потому что у меня чувство, что я, блядь, схожу с ума и…
Дверь захлопнулась. Лиам заморгал в изумлении, а Гарри ободряюще сжал его ладонь.
— Пойдем-ка в постель, — мягко сказал он. — Мне кажется, ты заболел.
— Я не сошёл с ума, — возразил Лиам и опять громко постучал. — Зейн! Открой грёбаную дверь!
Дверь открылась и … Лиам никогда не видел подобной смеси эмоций у себя на лице. Там были и настороженность, и страх, и стыд; губы немного приоткрыты, глаза широко распахнуты, брови сведены вместе; он стоял, задержав дыхание.
— Лиам? — спросило тело Лиама.
— Зейн? — вопросом на вопрос ответил Пейн.
Тело Лиама — Зейн — медленно кивнуло. Зейн осмотрел себя, затем его взгляд вернулся к Лиаму. Он протянул руку и ткнул Лиама в щеку.
— Это действительно происходит? — прошептал он. — Или я сплю?
— Это действительно уже начинает бесить, — тихо сказал Гарри. — Хватит, серьёзно!
Парни проигнорировали Стайлза. Лиам легонько толкнул Зейна — себя? — в грудь, наблюдая за тем, как тот пошатнулся.
— Охренеть… — прошептал Пейн.
— Ты что-то подсыпал мне вчера? — с обвинением высказал Зейн Гарри.
Стайлз медленно перевёл взгляд с одного парня на другого.
— Всё, я пошёл за Луи, — наконец произнёс он. — Это уже не смешно!
Лиам даже не пытался его остановить. Вместо этого он ворвался в свой номер. Зейн захлопнул дверь, и они замерли, сверля друг друга глазами. Что сейчас волновало Пейна, так это навязчивые мысли о том, правда ли его нос такой большой, а брови такие густые.
Лиам наблюдал, как его собственная грудь поднимается и опускается от частого дыхания, на щеках проявляются красные пятна, а лоб покрывается испариной. Внезапно до него дошло, что Зейн испуган.
— Почему я стал тобой? — спросил брюнет. — Как это вообще возможно?
Без предупреждения Малик оттянул резинку его трусов и заглянул внутрь. Лиам вскрикнул и, покраснев, оттолкнул Зейна, заработав хмурый взгляд последнего. Было до чёртиков странно, ведь такое выражение эмоций было свойственно пакистанцу, но в данный момент проявлялось на лице у шатена.
— Это мой член, — сообщил Зейн. — Я просто проверил.
Да, правда, его, но, тем не менее, … Лиам отступил на несколько шагов, обошёл комнату, запустив руки в волосы. Зейн присел на кровать и, сжавшись, наблюдал за его передвижениями.
— Это бред, — высказался старший парень, — как в том фильме с Линдси Лохан, в котором она и её мать постоянно ругались, а затем они… — Зейн прервался на мгновение, когда младший резко повернулся к нему, — затем они поменялись телами. Блядь.
— Ерунда! — рационально заявил Пейн. — Такое может произойти только в кино. А это — реальная жизнь!
— Я наблюдаю за самим собой, шагающим по комнате, — возразил Малик. — Это пиздец какая ерунда!
Было до жути неуютно слышать выражения, присущие Зейну. Он говорил голосом Лиама, но со своим акцентом. Пейн почувствовал, что тошнота подступает к горлу и сжал переносицу.
В этот момент в номер зашли Гарри и Луи, с Найлом на прицепе. Гарри хмуро разглядывал парней, пока Луи говорил.
— Хазза сказал, вы тут затеяли розыгрыш и пытаетесь убедить его в том, что поменялись телами.