Малик вернулся, кинув сумку на кровать рядом с сумкой Лиама.
— Ты серьёзно? — возмутился Пейн, заглядывая внутрь. — Да здесь от силы два комплекта!
Это не было преувеличением. В сумке лежали: две футболки, свитер и пара джинсов.
— И как ты планировал надевать это в течение нескольких недель?
— Ну, я думал, возьму что-нибудь у тебя, — усмехнулся пакистанец.
Лиам даже не удивился. Зейн всегда так поступал. Он натянул первую попавшуюся футболку и застегнул джинсы, сразу почувствовав себя лучше. Вернее, ему казалось, что он почувствовал, потому что он заметил, как брюнет достает сигарету и подносит ко рту.
— Даже не смей! — прошипел Пейн, вырывая сигарету.
— Что за херня, Ли? — возмутился Малик. — Отдай!
— Ты не будешь курить в моём теле, — твёрдо ответил Лиам. — Ни за что!
Зейн уставился на него, доставая из пачки очередную сигарету.
— Ты рассчитываешь, что я справлюсь со всем этим без сигарет? — фильтр заглушал слова. — Я так не думаю.
Брюнет поднёс зажигалку, готовясь зажечь, когда Лиам ответил:
— Я сбрею твои волосы, Зейн! Все! И брови тоже!
Губы Малика разжались, сигарета упала на пол.
— Ли! — простонал он. — Тебе не одному тут страшно, ладно? Тебе кажется, что я не в панике, но это не так! Потому что мне очень страшно! Так что позволь мне просто… мне нужно…
— Хорошо, — сдался Пейн, обезоруженный беспомощностью и отчаянием, прозвучавшим в голосе Зейна. Да, может, это и было тело Лиама, и голос Лиама, но это был Зейн. А Лиам не мог позволить Зейну страдать.
— Хорошо. Одна сигарета. И всё!
— Спасибо! — поблагодарил Малик, зажигая сигарету. Пейн замер, наблюдая: дым, клубящийся вокруг его тела, сигарета в его руках. То, как его губы обхватывали фильтр, то, как он закрывал глаза, выдыхая дым через нос — всё это было до жути неправильно.
— Это пиздец.
— Да, — кивнул Лиам, скидывая сумки на пол, чтобы сесть. — Что будем делать?
— Я не знаю, — признался Зейн, открывая глаза. — Я, реально, не знаю, Ли. Я прокручиваю всю ситуацию в голове уже часа полтора, но — честно — я не знаю.
— Мы попали, — промычал Пейн, откидываясь на постель и закрывая лицо руками. — Проклятье!
Зейн примостился рядом, теперь они лежали бок о бок. Одной рукой он держал сигарету, а второй легонько сжал ладонь Лиама.
— Все будет хорошо, Ли, — успокаивающе проговорил Малик, больше для того, чтобы успокоить младшего парня. Пейн мог это сказать наверняка, ведь старший использовал тон, с которым он сам всегда врал: чуть выше обычного, с проскальзывающими визгливыми нотками.
— Все могло быть и хуже.
— Куда уж хуже? — протянул Лиам.
Зейн усмехнулся, выпуская дым из горла:
— Мы могли бы поменяться телами с Луи, — предположил он. — Представь, что он смог бы вытворять с нашими телами! Или это мог быть Найл! Да ты через неделю весил бы три сотни фунтов, поглощая еду такими темпами, но без его сумасшедшего обмена веществ!
— Это точно, — засмеялся шатен. — Или мы могли поменяться телами с Гарри. Кончилось бы тем, что мы попали бы под автобус или еще что-то в этом роде. У него патологическая проблема с чувством самосохранения.
— Вот видишь, — поднимаясь, проговорил Зейн, — могло быть и хуже. Я рад, что это ты. Я имею в виду, что именно ты, а не кто-то другой, сейчас внутри меня.
Лиам громко засмеялся. Невозможно было провести столько времени рядом с Томлинсоном и не начать сводить все шутки к анальному сексу.
— Извращенец, — со смехом упрекнул его Малик, — но ты понял, о чём я. Я рад, что это ты.
— Я тоже, — сказал Лиам, несмотря на их недавнюю ссору, несмотря на всё, что в последнее время произошло. — Думаю, я тоже не против, что ты сейчас внутри меня.
— Неужели? — изогнул бровь Зейн, и Лиам зарделся, выявив еще один очевидный плюс того, что он сейчас не в теле Найла. Потому что красные щеки Хорана выдали бы его мгновенно, а на темных щеках пакистанца не бросался в глаза румянец, вызванный словами Малика.
Потому что, на самом деле, Лиам был бы не против, чтобы Зейн оказался внутри него. В прямом смысле. Пейн оборвал себя. Не сейчас. Последнее, что ему сейчас было нужно — это стояк в теле Малика. И, блядь, что им делать с подобными вещами? И с посещением туалета? Сейчас его щёки уж точно покраснели, хотя и румянец не был настолько очевиден, как на бледных скулах ирландца. Что им с этим делать?
— Что нам делать с… — Лиам сделал неопределённый жест, — душ, туалет. Что мы будем делать?
— Эм, — облизнул губы Зейн, — это хороший вопрос.
— Мы не сможем избежать этого, — рассудительно отметил шатен. — К примеру, если будем раздеваться, и …
— Да, — медленно кивнул брюнет, — уговор не смотреть?
— Договорились.
Какое-то время спустя Зейн поднялся и направился в ванную, чтобы выкинуть окурок (в номере не было пепельницы). Перед тем, как закрыть дверь, он встретился глазами с Лиамом.
Шатен застонал. Зейн в ванной комнате… возможно, он пойдет в туалет… Возможно, Малик прямо сейчас трогает член Лиама, а он ничего не может сделать… Это нечестно…Это стыдно… Лиам понял, что лучше бы поменялся телами с кем-то другим. С кем угодно, лишь бы не с Зейном!