— Я не это имел в виду, — голос Лиама звучал искренне. — Мне действительно жаль.
Зейн смотрел на него пару мгновений, прежде чем робкая улыбка осветила его лицо.
— Правда?
— Мне не нравится ругаться с тобой, — подтвердил Лиам, — правда. Я ненавижу это. Это худшее, что может произойти.
— Да, это бесит, — согласился Малик. — Я даже не могу понять, с чего всё началось.
Пейн сглотнул, прекрасно понимая, в отличие от друга, с чего это началось. Но он никогда не произнесёт это вслух, ведь, как только слова будут выпущены на свободу, всё будет разрушено.
— Ну, так что, боулинг? — произнёс он вместо этого.
— Готовься к тому, что я надеру тебе задницу, Лиам! — толкнулся плечом в плечо Зейн.
— Ты ужасный игрок, и ты знаешь это, — усмехнулся шатен.
Брюнет показал другу язык, и они присоединились к остальным парням. Через полчаса первая игра подходила к концу; Лиам и Луи выигрывали, следом шёл Зейн, Гарри и Найл беспомощно боролись в попытках их нагнать.
Пейн чувствовал себя будто заново родившимся. Было так классно смеяться, когда Зейн не докидывал, но при этом не смеяться над ним. Было классно, когда Зейн шутливо ударил его после этого. Было просто весело. Лиам сделал глоток воды, наблюдая за броском Луи, и в этот момент у Малика в кармане зазвонил телефон, который разрушил идиллию.
Брюнет вскочил, роясь в карманах и отходя в сторону. Но Лиам всё равно услышал «Да, детка!» и затем мягкое «И я скучаю».
Пейн сжал зубы, обещая себе, что не позволит одному моменту испортить всё. Они только помирились. Он не позволит себе разрушить всё только потому, что он ревнует. Блядь.
— Эй, Лиам, — раздался голос Луи, — твоя очередь!
Лиам моргнул. Он допил воду, схватил мяч и занял место на дорожке. Бросок вышел неудачно, мяч укатился в желоб, Луи усмехнулся. Пейн бросил на него недовольный взгляд, дождался мяч и встал опять на дорожку, переводя дыхание.
Разговор Зейна и Перри был недолгим, Лиам мог видеть краем глаза, как пакистанец упал на сидение рядом с Найлом, опустив руку тому на плечо. Шатен сделал глубокий вдох, выкинул парня из головы и завёл руку назад для броска.
С глухим звуком шар ударился о дорожку, выпущенный позже, чем было нужно. Шар тяжело скатился в желоб, спустя долгое-долгое время, докатился до конца дорожки и исчез, не задев ни одной кегли.
— Прелестно, — поддразнил Зейн. — Давайте похлопаем, господа! Лиам Пейн, бог боулинга!
— Я всё еще впереди! — проскрежетал Лиам, не сдержавшись.
— Пока! — Зейн замер на мгновение, но бросил с вызовом. — Я тебя сделаю!
Он сделал. Действительно, Зейн победил, обойдя Луи на несколько очков. Лиам сжал руки в кулаки, думая о том, что это игра, не произошло ничего серьёзного, что могло бы его разозлить. Пейн всегда был склонен к соревновательности; он привык быть лучшим; второе место — не для него.
За исключением случаев, когда речь шла о Малике.
К чёрту! Луи прав: ревность не красит никого, так что Лиам опять запрятал свои чувства в ящик, приплюсовав этот вечер к тем вещам, которые не стоит вспоминать. Лучше сосредоточиться и победить в следующей игре. Но он проигрывал, и настроение становилось всё хуже и хуже.
— Улыбнись, Лиам! — в какой-то момент сказал Луи. — Это боулинг, а не визит к дантисту!
Пейн попытался, но Найл начал тыкать пальцем ему в щёку, отчего шатен улыбнулся искренне. Пока не настала очередь Зейна, и тот не испортил свой бросок. В этот момент улыбка была искренней некуда!
— Вау, Зейн! — протянул шатен. — Знаешь, я думал, что основная цель в игре — сбивать кегли, но, думаю, твоя версия тоже имеет право на существование!
На втором заходе брюнет затормозил, и в этот раз только Пейн смеялся над ним.
— Не будь козлом! — выплюнул Малик, занимая своё место.
— Это всего лишь игра, Зейн, — невинно протянул Лиам. — Проигрыш — это нормально!
Гарри выпрямился на своём сидении, нервно переводя взгляд с одного на другого. Он сидел рядом с Лиамом и не мог не чувствовать, что атмосфера изменилась. В их голосах не было поддразнивающих ноток, только энергия ненависти, которая накапливалась между Лиамом и Зейном, грозя вырваться в любой момент.
Когда Лиам приготовился бросать, Зейн выкрикнул что-то, из-за чего Лиам сбился, и его шар улетел на другую дорожку. Пейн круто развернулся, пока Малик хихикал, невероятно довольный собой.
— Что за херня? — возмутился шатен. — Это нечестно!
— Это всего лишь игра, Лиам, — передразнил брюнет. — Проигрыш — это нормально!
— Это были замечательные сорок минут, — вздохнул Луи. — Боже, вы — два грёбаных придурка!
— Он первый начал! — проворчал Зейн, скрещивая руки на груди.
Нет, подумал Лиам. Первый начал Зейн, когда попросил ее выйти за него замуж и не…
— Похер! — сказал он, поднимаясь. — Я возвращаюсь в отель!
— Мы все возвращаемся, — огрызнулся Томлинсон. — Это бесполезно!
— Но мы еще не закончили игру, — запротестовал Найл. — Мне кажется, я ещё могу победить!
— Ты едва набрал пятнадцать очков за всю игру, — ответил Гарри. — Пятнадцать!
— Это хорошо? — прошептал Найл, и, когда Стайлз покачал головой, сказал: —
Ох, ну ладно. Тогда возвращаемся.