– Мира? Мира? М-м-мира? Как ты? Как ты здесь оказалась? Кто тебе дал адрес? – и, спустя паузу, немного подумав, еще более ошарашено. – Мира, откуда у тебя ключи от этого дома?…
В коридор выходит Дантес, он встает рядом с Кристабель и спрашивает у нее: кто это?
– Мира… – еле слышно отвечает Кристабель.
– Ах, Мира, – Дантес оживляется. – Так вот она какая, убийца из книг! Это что, настоящая Мира? Ты же говорила, что ее не существует в реальности, что ты ее выдумала…
– Выдумала… – вторит эхом Кристабель.
Мира вытягивает правую руку вперед и возводит курок. Кристабель кидается к ней, падает на колени, цепляется за подол платья в цветочек:
– Нет! Нет, Мира, нет! Не трогай его! Он хороший, клянусь, он хороший! И меня не трогай, умоляю, мы никому плохого ничего не делали! Мы только недавно сюда переехали!!! Никого не обижали, да, черт, мы никого и не видим, ходим только на работу и здесь, дома сидим… Мира, ну не молчи же ты! Откуда ты узнала, где я живу? Откуда у тебя ключи? Пожалуйста, Мира, родная, не убивай нас, мы только недавно стали здесь жить! Только стали летать! Вот и сегодня собираемся, да, у нас вылет в одиннадцать вечера, пожалуйста, оставь нас в покое, нам здесь тихо и спокойно, мы только обжили эти комнаты… вот, видишь, будильник купили!… Не убивай нас!!!
Дантес выходит вперед, тянет Кристабель подняться вверх, загораживает ее собой:
– Послушайте. Пристрелите меня, а? Она здесь не при чем, не надо ее трогать. Кристабель ни в чем не виновата, это мне надо было голову включить вовремя. Мира, не убивайте ее, если вам так необходимо кого-то убить. Но она правда не при чем. Не надо нам умирать в один день, солнышко, поднимись с пола, ну же, хватит, хватит… Давай, Мирхен, но только меня, идет?
Мира продолжает молча стоять, следя рукой за перемещениями и одного, и другой.
– Нет, Мира, нет, – ревет Кристабель, – не трогай его, да что ж мы такого сделали, Мира? Мира, не надо, нет, не надо, не надо!…
Дантес демонстративно развязывает узел галстука (буквы «S amp;A» сбоку), расстегивает верхнюю пуговицу, вышагивает еще ближе к дулу пистолета и бросает последний вызов:
– Что, слабо, да? – кричит он Мире. – Меня одного слабо? Не трогай ее, поняла меня? Ты поняла меня? – и, понизив голос, он поворачивается к Кристабель, – не плачь, солнышко. Пускай она хлопнет меня, может, кому от этого лучше станет. Ты только не плачь. Я всегда буду любить тебя, – он кладет ладонь на ее голову, – и эти шикарные черные волосы, худышечка моя.
Кристабель зарывается в плечо Дантеса. Мира молча держит обоих деток под прицелом.
Спустя пару секунд все деревья в лесах под Горой, кажется, задрожали от этих многократных оглушительных выстрелов. Мира, как всегда, разрядила обойму полностью.
Выкинув истлевшие и вонючие «продукты горения» в мусорку, я ковыряюсь с текстом. Группа «Мультфильмы» продолжает петь про пистолет. Мне все время звонит диспетчер, интересно, что же мне хотят сообщить? Неужто то, что двух небожителей-хозяев моего места работы нашли убитыми и отныне до веку все рейсы отменяются? Ну, это я знаю раньше всех вообще-то. На автоответчике диспетчер оставляет сообщение, в котором просит Клео перезвонить, так как случилось что-то страшное. Глупенькие, я-то еще вчера это услышала от… хм… первоисточников. Только не называйте меня больше Клео. Вот уж что бесит так бесит, черт. Пока звоню диспетчеру, по второй линии мне зачем-то звонит Мира, должно быть, она уже возвращается сюда из Черных Садов, но я не успеваю ей ответить, вдруг все разговоры обрываются, дурацкая связь. Сейчас, уже совсем скоро приедет Мира, я хоть спрошу, что там стало с домом. А пока надо закончить страницу. Он, этот их вокалист поет и поет свой бесконечный рефрен:
Глава 31. Аэропорт («Nirgeind ein Ort»44)