У упомянутого метода было два недостатка: во-первых, было слишком расточительно постоянно присматривать за шантажируемыми советниками (а точнее их семьями) — трата агентов, которые могли бы пригодиться в другом месте.
Кроме того, если шантажируемый всё-таки ослушается и выкинет что-нибудь эдакое, придётся в свою очередь выполнить угрозы и умертвить членов его семьи, что во-первых, обернётся потерей рычага давления, а во-вторых, может настолько сильно разозлить этого человека, что он пойдёт на всё, лишь бы отомстить.
С другой стороны… продемонстрировав ему серьёзность своих намерений, страх потерять и других своих близких может усилиться настолько, что гипотетический советник не решится в будущем перечить и станет паинькой. Да, такой персонаж будет мечтать отомстить, но на деле окажется бессильным.
Затем командующий вновь обратил мысленный взор на недавно активированный протокол. Как и ожидалось, Шэнь и Брэдфорд не слишком тепло восприняли его, да и Ван Доорн, казалось, был несколько ошеломлён.
С другой стороны, последний, являясь настоящим профессионалом, попросту не позволит моральным принципам затмить полученную выгоду. В целом Генерал попал в XCOM в несколько неудачный момент, но добротный разговор по душам должен расставить все точки над i.
Брэдфорд наверняка не одобрял предпринятые действия, но в целом понимал их необходимость. Командиру даже показалось, что его больше волновал сам факт смены власти в стране на подобие тоталитаризма, нежели то, каким образом это было достигнуто.
Что насчёт Вален, тут следовало беспокоиться о её эмоциональном настрое. Хоть логически она полностью соглашалась с необходимостью активации протокола, банальные человеческие чувства никуда не делись, что может вылиться во что-нибудь неприятное, а также помешать её научной работе. — «Однозначно нужно осведомиться о её здравии…»
Что до Чжана — вообще никаких вопросов. Директор разведки в целом сильно смахивал на самого главу XCOM, так что тут даже думать было нечего.
И, наконец, Реймонд Шэнь. Вот о нём следовало беспокоиться больше всего. Глава инженерного отдела попросту не годился для войны, а также всё время фокусировался на самых негативных аспектах любого плана, причём с самого начала работы в XCOM. — «Во многом как и Совет Наций…»
Командиру всё казалось предельно простым: на войне задача одна — победить противника. Шэнь же, казалось, думал только о том, чтобы защитить мирных людей от этого самого противника, при этом мыслил узко. Командующий был другого мнения: защитить людей в глобальном плане можно только после устранения этого самого противника. Бороться с корнем проблемы, а не её симптомами.
И даже несмотря на то, что Реймонд был гениальным человеком в своей сфере деятельности, его настрой когда-нибудь поставит его перед выбором: наконец поддаться влиянию XCOM или же уйти. И глава XCOM на полном серьёзе рассматривал вторую возможность… и терялся в догадках, пытаясь найти способ не допустить этого. Самым простым способом было банальное извинение и поиск компромисса, но до такого командующий не опустится никогда, ведь сам факт подобного извинения будет означать, что он неправ. Но ведь он был прав. По его мнению, конечно же.
Следовало найти другой подход. Например, можно было убедить Шэня, что у Командира попросту не было другого выхода. И вне зависимости от того, был ли у главы XCOM упомянутый «другой выход», убедить в этом человека, который вряд ли поверит ему после всего, что уже случилось…
В общем, поиск общего языка с Шэнем был одним из самых насущных вопросов внутренней структуры XCOM. Именно поэтому Командир всегда изучал психологические профили людей перед тем, как набирать их к себе. Человек вроде Шэня был бы сразу сброшен со счетов независимо от того, насколько он сведущ в своем деле.
Послышался сигнал входящего звонка. Командующий принял его.
— Да?
— Командир, — в спешке проговорил Брэдфорд. — Мы засекли корабль противника. Самостоятельно приземлившийся.
Глава XCOM встрепенулся и принялся изучать всю известную информацию, постоянно дополняющуюся, посредством своего компьютера.
— Не вижу координат, отправь мне. Точное время приземления?
— Примерно час или два назад, — отозвался главный офицер связи. — Приземлился в Гаити.
— Странно… — задумчиво протянул командующий. — Там и людей-то особо не найдёшь. Зачем им туда?
— Сложно сказать, командир, — произнёс его заместитель таким тоном, что можно было отчётливо представить жест пожимания плечами. — Однако этот корабль отличается от прочих. Он… больше. Намного больше тех, что мы штурмовали ранее.
— Я подберу отряд, — заявил глава XCOM. — Думаю, у них руки чешутся отомстить за Гамбург и Германию в целом.
— Понимаю, — согласился Джон. — Я распоряжусь подготовить Рейнджер к вылету.
— Так и сделай.
— Принято. «Центр», отбой.
***
Цитадель, стрельбище
Сложно было поверить в то, что могло быть что-то хуже Гамбурга.
Но в реальности это «что-то» уже произошло.
