В целом всё прошло успешно. Командир очень сомневался, что Эннор в будущем что-нибудь выкинет — репутация командующего работала на него, пусть всё это запугивание и не доставляло ему удовольствия. Из всего этого следовало, что Совет на какое-то время оставит его в покое, особенно с учётом того, что у главы XCOM теперь был список всех проблемных его членов — при необходимости можно было провести с каждым из них беседу с пристрастием. Конечно же, их взгляды от этого не изменятся, и они продолжат свою кампанию по свержению Командира… но более аккуратно и скрытно, что даст командующему достаточно времени для того, чтобы усилить своё влияние и полностью сфокусироваться на пришельцах… и EXALT. Той самой организации, которую все считали городской легендой. Учитывая, что им удавалось успешно скрываться ото всех, при этом оказывая влияние на события мирового масштаба, EXALT был силой, с которой следовало считаться. Так или иначе, после всей истории с Германией им удалось уйти в подполье, так что на данный момент разрешение этой проблемы придётся отложить.
Интерком завибрировал, оповещая о входящем звонке.
— Да?
— Командир, — ответил Брэдфорд. — Совет желает переговорить с вами.
Глава XCOM нахмурился. Эннор вряд ли оказался настолько глуп, чтобы наябедничать своим коллегам… — «Правда ведь? В противном случае, у нас проблемы…» — но поразмыслив об этом ещё пару мгновений, мужчина расслабился. В конце концов, советники наверняка попросту хотят обсудить последние события.
— Принято, Брэдфорд, — отозвался командующий. — Запускай их.
Мужчина поднялся из кресла и повернулся к крупному монитору на стене, который незамедлительно моргнул и отобразил хорошо знакомый силуэт лысого Спикера.
«Это он. Отлично, сможем продуктивно побеседовать.»
— Командир, — поприветствовал он. — Нам нужно многое обсудить.
Глава XCOM вежливо наклонил голову в знак приветствия. — Это уж точно, Спикер. Полагаю, Совету не терпится поговорить о ситуации в Германии?
— Вы правы. Несмотря на то, что действия Вооруженных Сил Германии вызывают… беспокойство… мы осознаём, что благодаря этому страна не попала под контроль пришельцев. Нам также известно, что бывший Министр Обороны заявил об официальном союзе с XCOM.
— Верно, — признал командующий. — Хабихт предложил мне хорошее финансирование, что сильно поможет нашей работе.
— Хоть Совет Наций определённо… доволен… что Германия продолжит поддержку XCOM, некоторые советники находят тот факт, что организация теперь сотрудничает сразу с двумя странами независимо от Совета… несколько неоднозначным-
— При всём уважении, Спикер, — перебил Командир. — Советники не рассматривали тот факт, что Хабихт мог посчитать XCOM более надёжным союзником, чем ООН? В конце концов те не предприняли ровным счётом ничего для предотвращения развала страны. Что насчёт Израиля… мне не нужно напоминать о том, какие у них с ООН отношения. Тут совершенно очевидно, почему они предпочли работать со мной напрямую.
— Мы признаём, что некоторые аспекты ситуации в Германии могли быть… неправильно нами истолкованы, — согласился лысый мужчина, — но Совет Наций считает, что вы не имеете права на самостоятельные переговоры со сторонними государствами.
Глава XCOM приподнял бровь. — Мне расценивать это как официальный приказ отвергать предложенную сторонними странами помощь?
— Нет, — пояснил Спикер. — Совет прекрасно осведомлён о том, что вы попросту проигнорируете подобное ограничение… но вам всё же не стоит превышать своих полномочий.
«Что это вообще значит?»
— Конечно, Спикер. Я никогда не выхожу за рамки дозволенного… если, конечно, они чётко обозначены.
Представитель проигнорировал его саркастичный комментарий. — Командир, Совет Наций считает, что отношения между нами стали несколько… напряжёнными.
Глава XCOM вздохнул. — Такое случается, когда часть советников ставят перед собой цель работать против меня.
— Невзирая на действия некоторых членов Совета, — продолжил скрытый в тени силуэт, — думаю, вы со мной согласитесь, что подобные отношения не идут на пользу ни одной из сторон.
— Согласен, конечно. Я с самого начала готов был к плодотворным отношениям… но вы должны понимать, что вести себя полностью открыто несколько затруднительно, когда часть Совета и даже некоторые из его Представителей презирают меня.
— Совет Наций согласен, — признал Спикер, перекрестив пальцы рук. — И поэтому мы считаем, что Представитель Ирен Адилла более не отвечает необходимым для своей должности требованиям, вследствие чего была отстранена от работы. До тех пор, пока ей не найдут достойную замену, я возьму её обязанности на себя.
«Да неужели? Хм-м. Они в кои то веки сделали хоть что-то разумное». У командующего было подозрение, что её уволили скорее за то, что ему стало известно её имя. Всё-таки Совет предпочитает соблюдать полную анонимность. Так или иначе, это было хорошим с их стороны ходом.
— Рад это слышать, — ответил Командир. — Это определённо упростит общение с Советом.
