— Но если мы с Дашей пропустим бал, а вы там будете, — тётя кивнула в сторону императора, — пойдут слухи. Чего там ни выдумывай.
— А это даже хорошо! — настроение дяди Захара заметно поднялось. — Пусть треплют языками, а мы послушаем: кто что несёт и, глядишь, чего ценное услышим.
Взрослые ещё препирались какое-то время по поводу неявки тёти Лиз с Дашей на бал, какую легенду придумать, какие с этого можно выжать выгоды… я прислушивался в пол уха, отмечая для себя незнакомые и ничего не значащие имена — на потом посмотреть — и думал о том, что провокацию с битым РБ вполне мог устроить сам Захар Георгиевич, именно для того, чтобы сорвать наше с Дашей появление на балу. Если так, то он, конечно прав, хотя, на мой взгляд, излишне жёстко у него получилось.
Пока я обдумывал этот вариант, беседа пришла к некоторому общему знаменателю и приемлемая легенда была придумана. Я в неё глубоко не вдавался: всё равно, реализация её не на мне, а когда я начну выходить в свет — как-нибудь разберусь. По ходу беседы и обед незаметно завершился, все переместились в гостиную, где старшее поколение принялось обсуждать программу моей первичной адаптации. Но тут неожиданно взъелась тётя:
— Знаете! Хватит уже! У Даши каникулы, Серж вообще… — она запнулась, пытаясь подобрать более-менее мягкую формулировку и я подсказал:
— …только что из могилы…
— Да ну тебя! — Её Величество изволили отвесить мне лёгкого леща, а вот император наоборот, открыто и радостно рассмеялся:
— Молодец, Серёга! Раз можешь над собой посмеяться, значит в порядке!
Но тётя, всё ещё слегка насупленная, снова вернула разговор в деловое русло:
— Так вот! Новый год на носу, у детей каникулы! И нечего их нагружать сейчас всякой наукой! Отпразднуем Новый Год дома, Серж будет читать книжки, по инфосети лазить, проникаться духом эпохи. Дашенька научит его танцам, этикету…
— Будет с местной шпаной тусоваться, — буркнул дядя Захар.
— Тоже хорошо, — уверенно кивнула тётя. — А как каникулы закончатся — присылай сюда учителей и начнём готовить их в лицей.
— Всё-таки, в кадетский корпус, — возразил император. — нечего им среди бездельников тусоваться!
— А может, ты и прав, — кивнула тётя, чем вызвала недовольный возглас у Даши. А Его Величество, тем временем, поднял другой вопрос, для меня совершенно неожиданный:
— Я вот ещё каким вопросом хочу заняться: детям пора пройти инициацию.
Даша на это взвилась:
— Да его разве можно? Он же здесь всё спалит!
— Может спалит, а может нет, — загадочно ответил император.
А я на секунду провалился в подгруженную мне доктором память и вынул оттуда нужную информацию: люди почти поголовно обладают магическими способностями, но они находятся в спящем состоянии. Чтобы пробудить эти способности проводится специальный обряд — магическая инициация, которую, почему-то, называют крестинами. Ну а тот, кто проводит — крёстный или крёстная. Тут много всяких тонкостей, почему-то считается, что родители не должны инициировать юного мага. То-есть можно, но это плохо. И между крёстным и крестником устанавливается какая-то особая связь, поэтому очень важно, кто инициирует магические способности. Об этом, кстати, и спросила моя тётя. Ну и что там задумал Его Величество?
— Мы тут с Софи подумали и решили: открыть каналы Сержу могу я, а Дашу инициирует Софи. Нет, если ты против…
— Да ты что? — возмутилась тётя.
— Ну вот и отлично! — император довольно потёр руки. — Значит завтра утром и проведём ритуал! А вы, ребята, готовьтесь.
— А он знает, как готовиться? — с сомнением посмотрела на меня Даша.
— Я объясню, — ответил дядя Миша.
Объяснения, в конечном итоге свелись к тому, что перед инициацией нужно как следует помедитировать и хорошо выспаться. Это если вообще, но вот разъяснение деталей, причём зачастую важных, заняло довольно много времени. К счастью, некоторый опыт медитаций у меня был в той ещё жизни, так что чем-то совершенно новым он для меня не стал, но вот некоторые детали и правда оказались откровением. То ли в той ещё жизни я не счёл нужным погружаться в мистику столь глубоко, то ли за прошедшие с моей смерти две тысячи лет, наполненных развитием магии, техники работы с собственным сознанием шагнули далеко вперёд. А может и то и то, я как-то не стал искать решения этой загадки. Просто когда мой будущий крёстный ушёл, я сел по японски, закрыл глаза и погрузился в свой внутренний мир…
И вот я стою перед местным алтарём, на одном из бастионов, из тех, куда я пока не дошёл. Алтарь представляет из себя квадратную площадку, ограниченную по углам четырьмя столбами, возле одного из них, на постаменте, стоит чаша с водой, у столба напротив горит лампада. И там, между столбами, всегда тепло, какой бы лютый мороз не трещал на улице. Я скидываю тёплый плащ, оставаясь обнажённым, даже мой неизменный наруч остался в моих комнатах, и шагаю в алтарь, кладу одну руку в чашу, второй прикасаюсь к факелу. Император входит вслед за мной, кладёт руку мне на голову и медленно, речитативом, говорит:
