- Сэр, мне нужен транспорт на послезавтра для праха Дины Шульман. Погоду обещали, если им можно верить, самую подходящую. Да, вот ещё, у вас не найдётся портативного проигрывателя для компактного диска? Спасибо, впишите, пожалуйста, в заказ. И главное, забыла сказать, судёнышко может быть самым маленьким, на одного пассажира. Нет, вы не ошиблись, в документах указано двое - я, Леона Вишневская, и Борис Шульман, сын усопшей. Я понимаю, что вы можете держать у себя урну сколько угодно, дело не во времени. Дело в том, сэр, что второй человек не сможет присоединиться к церемонии. Он просил, чтобы без него. Его в океане укачивает.
2.
В лучшем ночном клубе Шанхая «Rouge» было шумно и не по карману дорого. Сколько раз они уже давали себе слово не попадаться на удочку для туристов. Великолепная четвёрка, как они себя гордо называли ещё с первого года совместной учёбы, путешествовала по миру уже третий месяц, и деньги подходили к концу, несмотря на то, что останавливались они в дешёвых мотелях и питались в ещё более дешёвых забегаловках. Но Гарри сказал, что они должны увидеть небоскрёбы Пудуна именно с этой знаменитой террасы на крыше, и ребята по глупости согласились. Как будто нельзя было увидеть те же огни небоскрёбов с набережной Вайтань. Они сидели с напитками в углу бара, где даже бутылки мерцали аспидно-красными светом, отражённым от стен, светильников и кресел. Ребята возбуждённо спорили, как спорили всегда и по любому поводу, какому городу нужно отдать предпочтение - Пекину или Шанхаю. Сегодня в этой невинной разминке перед будущими настоящими баталиями на стороне обвинения выступали Эд и Крис. Защиту Шанхая взяли на себя Борис и Гарри. В дискуссиях подобного рода те и другие частенько менялись ролями, соревновались в искусстве аргументации, выискивали слабую сторону противника, и напоследок пытались честно разобраться, кто из них сегодня был лучше, хотя соревноваться им было уже ни к чему. Все четверо закончили «law school» с отличием несколько месяцев назад, и главное испытание у каждого было ещё впереди - подготовка и сдача «bar exams» в своём штате.
Именно в тот момент, когда ребята старались перекричать старый американский хит, который DJ запустил на полную мощь, и почти согласились на том, что в отличие от «лица Китая», Шанхай раскрывается в деталях, неприметных за небоскрёбами, у Бориса зазвонил телефон. «Странно, что я его вообще услышал при этом гаме», - подумал Боря, выйдя на террасу, словно повисшую в воздухе.
Звонок был из Лос Анджелеса от Леоны, вернее тёти Лёли, как она просила Борю себя называть. Выговаривать мягкие русские «ё» и «я» в её имени он так и не научился, да и вообще, предпочитал болтать с ней по-английски. Но тётя «Лола» упорно настаивала на своём. Вот и сейчас до него доносились обрывки русских словосочетаний, которые или из-за плохой слышимости, или из-за вечного неумения Леоны логично выстроить фразу, не имели никакого смысла: «...мой бедный мальчик… миллион… мамы нет… выйти в океан на яхте…»
«Какой миллион? Что значит, мамы нет, она ведь уже должна была вернуться из отпуска на Гавайях? И зачем надо выходить в океан на какой-то яхте?» - недоумевал про себя Борис. Вслух он сказал первое, что ему пришло в голову, уцепившись за её последние слова: «Яхта? Меня укачивает в океане, Леона…», но тут связь оборвалась, и Борис ещё какое-то время раздумывал, что она такое говорила, но после парочки коктейлей почти позабыл о странном телефонном звонке.
- Кто это тебя вчера вызванивал? - спросил Гарри его на следующее утро, когда они выскочили из отеля голодные, в поисках ближайшей забегаловки. - Борис, ты что, забыл? Вчера в баре, ты ещё отошёл в сторонку, чтобы мы не слышали.
- Ничего серьезного, - ответил Борис другу. - Леона, мамина подруга звонила. Чушь какую-то несла. Не то пьяная была, не то накуренная, на яхте звала прокатиться.
Они с Гарри стали близкими друзьями с тех пор, как начали делить комнату в общежитии. Так вместе и взрослели. Боря, выросший без отца, тянулся к этому умному уверенному крепышу, перестал дичиться, казалось, даже избавился от недоверия к людям. Гарри взял на себя привычную роль старшего брата. Сам он был из простой многодетной семьи, к Борису привязался искренне за его пытливый ум, железную логику и доброту. Жаль только что скоро, через какую-то неделю, они расстанутся, разъедутся по домам: Гарри в Небраску, а Боря в Калифорнию. Невозможно было представить, что в дальнейшем каждый будет жить своей жизнью.
Однако звонок от Леоны, загадочная галиматья, похожая на ребус, продолжала звенеть в ушах какими-то тревожными колокольчиками. Что-то до конца не складывалось, выплескивалось из русла разговора. Что это было? Тревожный голос Леоны, разрозненные по смыслу фразы?
Борис набрал номер матери, но никто не ответил. Перечитал её последние сообщения на мобильнике:
