Перед тем как сесть в машину, Лена сделала ещё два звонка - один маме, а второй в туристическое агентство.
Свой чемодан она собрала быстро. Пока ехала домой повторяла про себя «написать записку Мише, взять деньги, купальник, джинсы, паспорт, косметику, босоножки на каблуках и платье, самое любимое платье, которое она так редко одевала в последнее время». Берегла к случаю. Вот вам и случай… Ничего, у неё будет целая неделя разобраться…
Записка мужу была краткой: «Миша, у тебя есть ровно одна неделя выехать из дома навсегда, надеюсь, с разделом имущества мы обойдемся без адвокатов, девочек разрешу видеть в любой момент, детей травмировать не дам! Эту неделю они будут жить у мамы. Лена».
Подъехав к Таниному дому, она позвонила на Борин мобильник и попросила его вывести к ней дочек. «Ты извини, но я не смогу сегодня с вами встречать женский праздник, Боренька, планы поменялись, а эту корзину с розами не забудь передать Тане, она её на работе забыла, и с праздником не забудь от меня её ещё раз поздравить», - пробормотала она наскоро придуманную фразу.
«Мама, а почему мы к бабушке едем? Это же не бабушкин день, это всех нас, девчонок день, ты сама нам так объясняла», - ныла Сонечка в машине. «Мама, ты что, поссорилась с папой? Навсегда?» - настойчиво требовала ответа Машенька, когда Лена сказала им, что они поживут у бабушки недолго.
«Что сказать девочкам? Как им объяснить? Где вся моя учёная подготовка? Это я другим могу давать советы, как жить… А сама? Вот и у девочек её не будет больше нормального детства. Девочки из разбитого дома», - перевела Лена дословно фразу с английского на русский. Разбитый дом, разбитое корыто, разбитую вазу не склеишь… Заезженные штампы жужжали в голове, напоминая, что всё это уже было… с кем-то… но не с ней…
Мама много вопросов не задавала, её материнской интуиции объяснения были не нужны. Уложив девочек в постель, они сели на кухоньке выпить чаю. Ленка уткнулась ей в плечо и разрыдалась: «Не любит он меня, мамочка, не любит». А мама в ответ поглаживала её по голове, как в далёком детстве и приговаривала:
«Леночка, осилим всё вместе, не бойся. Женщине без любви жить никак нельзя, никак нельзя, никак…»
Ночью Леночке приснился сон, в котором Миша, похожий, как две капли воды, на художника Нико Пиросмани, расстилал на площади длинную красную ковровую дорожку, а Алла Пугачёва, выйдя на балкон в одной ночной рубашке надрывно пела Миллион миллион миллион алых роз…
«Мишка, не жмоться, нужен целый миллион роз, чтоб тебе поверили», - подбадривала его Лена во сне. Мишка посмотрел на неё и неожиданно подмигнул: «Я же не грузин, Ленка, у меня на миллион бабок не хватит, а потом всё это давно не настоящее, песня - плагиат, Пугачёва - плагиат, вся эта запись - подделка». «А любовь? Любовь настоящая»? - пыталась добиться своего Лена. «Ну ты, Ленка, даёшь! У Пиросмани может и была, а так уже давно ничего настоящего нет, одни подделки, игрушки для взрослых».
Утром, по дороге в аэропорт Лена думала о том, что никогда не сумеет сказать правду ни маме, ни клиентам, ни девочкам. Пусть живут с надеждой, что любовь есть или будет, и никакая это не фантазия и не подделка. А вдруг кому-то повезёт?
***
Прошло пять лет. Леночка выжила - не первая, да и не последняя, все выживают. Сама растит дочек, часто забегает к маме, по возможности избегает женского общества. Сменила специальность - стала неплохим компьютерщиком. Каждый год в день 8-го марта у неё начинается астматическое удушье, которое на следующий день проходит. Говорит, что это у неё аллергическая реакция на розы, особенно на алые, хоть и не пахнут они вовсе, а если и пахнут, то так же, как и все остальные - фальшивой любовью.
ДЕНЬ БЛАГОДАРЕНИЯ
