Они выпрямились. Герцог Орданен оказался невысоким шатеном с пугающим взглядом в темном костюме с узорами. Айри вспомнила, откуда ей была известна его фамилия. Именно этот мужчина управлял Охранным ведомством, частью которого был Сыск Его Величества.
— От имени Его Величества повелеваю вам. Найдите и предайте справедливому суду того, кто убил леди и лорда в «Либери»! И как можно скорее! Вам будет предоставлена любая помощь, так что оправдайте ожидания Его Величества!
— Есть, — лаконично ответила Айри.
— Мы сделаем все возможное, — вежливо отозвался Кеймрон.
На том аудиенция и закончилась, их быстро вывели из здания и даже за пределы парка, словно они задержались там, где не должны были находиться.
Айри еще раз посмотрела на резиденцию. И чихнула. В коридорах там пахло чем-то приторным, сладким — ложью и интригами. Подобным местам она предпочитала грязные, порой опасные, но бесхитростные улицы.
Приказ прозвучал. Теперь у них не было обратного пути. Она обернулась на Кеймрона — он стоял и ждал ее. Ждал, пока она первой что-либо скажет. Ее хватило лишь на то, чтобы подойти ближе, а потом она опустила взгляд на плитку под ногами.
Она и Кеймрон. И общее дело…
— Я не буду предлагать забыть все и начинать заново. Но давай еще раз попробуем работать вместе.
Айри вскинула голову. Кеймрон смотрел на нее, был серьезен — и вместе с тем он просил, а не приказывал.
Айри кивнула.
— И, пожалуйста, давай перестанем ссориться. Согласна?
— Обещаю, я больше не буду ругаться на тебя, — согласилась она. — Без причины, — добавила, прищурившись.
И Кеймрон ей улыбнулся — не нахально, не криво, а искренне.
В кабинете Кеймрона стало душно, и Айри поднялась из-за стола, открыла окно. Стылый ночной воздух показался ей самым лучшим. Пламя в газовых лампах на стенах дрогнуло, на миг погрузив помещение за ее спиной в темноту.
Из резиденции они приехали на автомобиле Кеймрона к зданию, где находилось Шестое отделение, поднялись на второй этаж… И никуда больше не выходили. За время их пребывания в Дил-Атроне в кабинет принесли стол, небольшой и слишком высокий, кресло к нему и поставили справа от входа — и у Айри появилось свое место, похожее на школьную парту.
И ей, словно школьнице, пришлось запоминать много всего и сразу. Кеймрон начал издалека, с рассказа об обстановке в резиденции. Конфликт между императором и его дядей обострился до предела, и все придворные оказались вынуждены выбрать сторону, что, разумеется, привело к раздорам.
Молодой император получил трон шесть лет назад, и в первые же годы изменил порядки, которым насчитывались сотни лет. Он разогнал фаворитов отца, приблизил к себе тех, кто был ранее никем, а еще объявил, что в империи теперь новый курс — курс в будущее, связанное с наукой, а не умирающей магией.
Его Высочество Ижен Легард был не согласен с подобными переменами.
— Подожди, Его Высочество? У императора нет братьев, — прервала Айри Кеймрона.
— Ижен Легард — принц крови и дядя императора, — ответил он.
Айри вздохнула. В титулах двора и обращениях она совершенно не разбиралась. Дядя императора — это она понимала, а вот все остальное ей было чуждо.
Кеймрон тем временем продолжил. Ижен Легард собрал вокруг себя всех, кого отверг новый император, всех, кто был склонен следовать вековым традициям, — то были не последние по значимости люди империи. Образовался союз, с которым императору пришлось считаться и с которым он вынужден был договариваться.
— Однако Его Величество в своем стремлении к переменам остался непреклонен. Он уже не раз использовал волю императора — право продвинуть любой закон, который был ему угоден, без согласия остальных. И именно это привело к обострению обстановки. Ижен Легард получил новых сторонников из числа тех, кому не понравилось, что император решает все самостоятельно. Знать не прощает пренебрежения, — кивнул Кеймрон сам себе.
— Подожди, к чему это все? — спросила Айри, которая ждала совсем другого разговора.
— К революции, — и Кеймрон подошел к ней.
Поскольку Айри сидела, он показался ей еще выше, чем был. Он выглядел таким серьезным, что его хотелось потрепать за щеку, чтобы сделал лицо попроще. Айри прищурилась и взмахнула рукой:
— Я не вижу логики! Революционеры призывают к безвластию, к свободному миру, где превыше всего будет свобода каждого человека! Они ведь хотят не сменить одного императора на другого, а избавиться от них вообще!
— Да, такова их идеология, — согласился Кеймрон. — Подобные идеи зародились еще во времена молодости моего отца, появлялись отдельные их последователи, но именно организованное движение с ясными призывами возникло пять лет назад. Пять лет назад во всех крупных городах появились революционные кружки, и с тех пор их число только растет. Интересное совпадение, не так ли? Напоминаю, его Величество стал императором шесть лет назад.
Айри повела головой и нахмурилась:
— И что? Я не вижу никакой связи между принцем и революцией.