– А что? – всерьёз заинтересовалась ранее не состоявшаяся певунья, – Может ещё и не всё потеряно? Может ещё и по-нашему «Ланжерону» будут красиво одетые пары гулятьв ожидании концерта? Пансионат-то рядом. -она рассмеялась и задорно подмигнула Марусе, – Давай попробуем. Вспомним молодость. Давненько у нас тут ничего такого живительного не происходило. Будто бы и не на море живём, а на болоте, в трясине. Совсем квакушкой стала. А хочется быть цаплей – стройной, белоснежно белой, и всегда готовой к полёту! Так… шторы в гардеробе, скамейки под нами, накладные ресницы в магазине – обойдёмся, я угольком свои родные подкрашу, платье сейчас поглажу. Ну, что, вперёд? За дело!
И две подруги ломанулись из-под навеса осуществлять задуманное.
Когда дед вернулся, всё уже было практически готово. Оставались «последние штрихи».
– Чего это вы тут? – недоумённо только и произнёс он, глядя широко раскрытыми глазами на свою супругу, одетую в своё самое лучшее и самое красивое платье и празднично расфуфыренную.
– А у нас тут сурприз, – кокетливо и играючи ответила искусительница, – Да и Вам бы, Ваше сиятельство, не помешало пойти, во фрак облачиться. И бруки.Не престало благородному мужу в подштанниках по пляжу бегать туда – сюда. Гости у нас. К тому же Вы нам закат обещали какой-то такой необыкновенный, надо соответствовать моменту и благородному обществу, среди которого Вы, сударь, ненароком оказались.
Дед, кажется, опешил – он не мог понять: издеваются над ним? Или как? Но присутствии Маруси придало ему уверенности,что всё происходящее более чем серьёзно и что дальнейшие расспросы могут только разрушить какую-то такую приятную, добрую, хрупкую,вдруг возникшую вокруг эфемерную атмосферу, и он без лишних разговоров засеменил к дому, только теперь осознав в каких замызганных и засаленных штанах он «щеголял» до этого перед гостьей. Да и перед своей женой тоже. Ему стало неудобно стыдно, и он торопился как можно скорее исправить эту оплошностьи конфузию. Да, иногда стоит смотреть на себя со стороны, на то впечатление, которое вы производите на окружающих. Особенно, если рядом дамы.
Когда к закату всё было готово, представление началось! Зрители расселись на разбитом корыте, которое уже давно исправно служило старику в качестве скамейки, и не отрывая глаз любовались невероятным природным явлением, которое происходит, в общем-то, каждый день. Но сегодня действительно закат был необыкновенный – воодушевляющий и потрясающий! Огромный солнечный диск медленно спускался к видимому глазу краю моря. Солнце было таким огромным и выглядело таким тяжёлым, что казалось оно не удержится и вот-вот просто упадёт за горизонт. Но этого не происходило. Солнечный диск уверенно, медленно и торжественно прощался с присутствующими и уходил на покой. А какое было небо! Какие краски! Какое вдохновение! Про это нельзя словами пересказать, это можно только видеть! И где только все эти художники – передвижники со своими мольбертами? Где все эти фотографы со своими фотографиями?
– Какой удивительный закат, – cгрустью в голосе произнесла наша самобытная старушка, – А я совсем перестала обращать на них внимание. Вот так бы сидела и сидела сейчас, и любовалась им, как неподвижной картиной, жаль, что это невозможно.
– Если чего-то хочется, то надо пробовать! – активизировалась Маруся, – Внимание! Беру управление Вселенной на себя!
– Не надо, – тихим, ровным голосом урезонил Марусю старик, – Торжественность и величие момента в том и заключается, что он скоротечен и неповторим.
Когда солнечный диск почти совсем скрылся за горизонтом, оставив на обозрение лишь самый краешек своего величия, женщина тихонечко встала и направилась к вешалам –к импровизированной театральной сцене. По пути она остановилась около загодя сложенных для костра дров и чиркнула спичкой. Весёлый огонёк побежал по сухим веткам, озаряя своим присутствием округу. Дед и Маруся обернулись и открыли от удивления рты: За пламенем костра стояла, и величественно смотрела на них, настоящая богиня сцены. Королева театров и императрица! Закат померк. Но на глазах изумлённых зрителей в этот момент миру явилась новая сверхзвезда!
Выждав момент своего торжества, царица оперы сделала еле видимый вдох и запела. В это мгновение словно музыка небес спустилась на бренную Землю и наполнила собой всё вокруг. Как она пела! Как звучал её голос! Она жила своим исполнением, отдавая каждой ноте, каждому звуку, интонации всю свою душу и вдохновенную страсть. Чарующий, мистический голос пьянил слушателей, уносил куда-то далеко и возвращал обратно! Марусе казалось, что ещё мгновение, и этот голос оторвёт её, такую маленькую, от Земли и поднимет высоко-высоко в небо, до самых дальних звёзд! И ей хотелось лететь.Море притихло и успокоилось, наслаждаясь притягательно убаюкивающим пением. Изумлённые рыбы выглядывали из воды и ловили невообразимо волшебные звуки всеми своими жабрами, и всплески от их появления разбегались по водной глади блестящими искорками, заигрывая с яркими, веселящимися язычками пламени костра.