– Погоди, старшой, – окликнул его дед, – Не торопись. Пойдём-ка со мной, – старику в голову пришла неожиданная идея и он увлёк военного за дом, туда, где на шестах были растянуты старые рыболовные сетии в большой куче было собрано то, что старик когда-либо находил на берегу, или ещё где, и что на его взгляд могло когда-нибудь пригодиться в хозяйстве:
– Вот, – по-деловому, уверенно указал старик, – Якорь от старого баркаса. Аккурат под размер танка подходит. Соотносится. Забирай, пригодиться. Вдвоём, чай, донесём.
– Да на что он нам? – озадачился, а затем и улыбнулся танкист, – Мы же сухопутные, а не торпедные.
– А ты не спорь, – ничуть не стушевался старик, – Во-первых – это подарок. На добрую память, так сказать. Нельзя отказываться, – старик решил убедить военного железной армейской логикой, – Во-вторых – это красиво. А на танке особливо будет. В-третьих – врага с толку собьёт – вдруг вы и по воде могёте, аки по суху. А в-четвёртых – очень полезная в хозяйстве вещь, ты не думай. Пни корчевать можно – подцепил за корень и тяни танком, пока из земли не выскочит. Вот посмотришь – как пробки из-под шампанского выпуливать будут.
– Вообще-то, по уставу не положено, – командир что-то прикидывал в уме и искал по уголкам разума возможный компромисс и решение возникшей перед ним задачи, – Думаю, в качестве шансового инструмента можно. Бревно за мотором есть, лопата, кирка на броне есть, трос есть, значит, наверное, и якорь можно. Просто никто ещё до этого не догадался. Пригодится.
Он вышел из-за дома и крикнул своих бойцов:
– Артель! Давай сюда! Помогите.
Два спортивных бойца лихо справились с якорем сами: с шутками – прибаутками донесли якорь до танка и водрузили на боковую броню:
– Сейчас его к поручням верёвками привяжем, а там уже, на месте, капитальный кронштейн под него приварим. И в кругосветку, – оба танковых матроса разразились громким хохотом, уже не в силах сдержаться. Рассмеялись и командир с дедом.
Эх… Ещё бы перископ выдвижной и торпеду по другому борту приладить, – командир решил развить тему, – Можно было бы и корабли вражеские с берега таранить: заехал на пляжике в воду, гусеницами вправо-влево поелозил туда-сюда – прицелился и: «Пли!»И пошла торпеда, низёхонько так, на кабанчика. Надо будет главному инженеру отписать – пусть над таким вариантом подумает.
– Эк тебя… осенило, – старик так и не понял: шутил сейчас старшой или говорил вполне серьёзно? – Тебе бы самому в бюро конструктором работать, генератором – идеи так и блещут.
– Всё, по местам! – наконец скомандовал командир, снова обретя серьёзность, – Отдать швартовы, с якоря сниматься, – столь необычный подарок раззадорил не только его подчинённых, а он и сам вошёл в кураж.
– Танкисты мигом сиганули в недра своего железного коня, мимолётом попрощавшись напоследок. Пёс, не прощаясь, сиганул в люк механика-водителя.
– Спасибо за всё, – обратился командир к старику, – До встречи.
– Но пасаран! – уверенно ответил дед и понял вверх правую руку, согнутую в локте и сжал ладонь в кулак.
Военный улыбнулся и запрыгнув на броню танка, занял своё место в люке башни:
– Поехали, – отдал он команду вниз, как капитан корабля в машинное отделение.
Мотор танка взревел, выпустил сгусток чёрного, как смоль, дыма, танк дёрнулся, и стальная громадина тронулась с места. Лязг гусениц заставил вздрогнуть даже рыб под водой. Неуклюжая с виду махина с ловкостью акробата сделала разворот на месте и прибавив скорость, рванула вперёд, поднимая клубы пыли и дробя попавшиеся под гусеницы камни. Командир с башни помахал на прощание рукой и скрылся во чреве тяжёлого, ревущего своим многосильным мотором, монстра. Люк за ним закрылся. Танк уносился вдаль, оставляя на память о себе вспаханные следы и расколотые камни.
Девочка помахала вслед уносящемуся в клубах пыли танку.
– И мы пойдём, – Марусе тоже не хотелось расставаться с гостеприимными и добрыми хозяевами, – Меня, наверное, уже заждались, волнуются. Но я к вам обязательно ещё приду. Обязательно. Я обещаю.
– Кто-то вообще-то к нам на каникулы собирался, – улыбнувшись, напомнила женщина.
– Если не передумаете, то я с удовольствием. И дракон прилетит. Правда? – обратилась она уже к дракону.
– Мы будем ждать вас. В любое время. Всегда.
Старик согласно кивнул, подтверждая и соглашаясь со словами своей супруги, кажется – ему тяжелее давалось расставание, но вспомнив, вдруг, заговорил:
– Сверчка не забудьте. Или нам оставите. А может он тоже: самоопределяющийся?
– Думаю, сверчок с нами пойдёт. Тут чаек много – обидеть могут, – рассудил дракон, -Сейчас разбудим и спросим. Не хорошо уйтитак, не предупредив – он тоже имеет право выбора.
Дракон вошёл под навес и направился к этажерке. Он тихонечко постучал ногтем по стеклу банки в которой преспокойно почивал его «навигатор Глас-нос»:
– Сверчок, – тихо позвал дракон, – Извини, что тревожу, но мы уходим. Ты как?
Разбуженный сверчок расправил крылья, потянулся, что-то тихо прожужжал на одному ему известном языке и, вылетев из банки, устроился на носу дракона.