Уоррент-офицер ни к кому не обращался, но на секунду к нему оказались прикованы все взгляды. Поморский пролив довольно мелководен, но фактически они еще и не вошли в него. Тридцать морских миль, несколько томительных часов малого и среднего хода, и они будут в самой центральной его части. Там располагается впадина аж в 30 с лишним фатомов глубиной, и этот рубеж притягивал мысли командира «Сан-Хуана», как бутылка притягивает мысли алкоголика. Если бы «Томагавки» могли бить на 100 миль дальше! Но это невозможно: просто потому, что тогда ракета станет тяжелее и длиннее и перестанет входить в капсулу или контейнер, или придется уменьшить вес боевой части. А тратить такие огромные деньги для того, чтобы доставить к цели далеко в глубине вражеской территории груз взрывчатки, весом сравнимый с продуктовой тележкой, будет невыгодно. Нет, в своей нише BGM/RGM/UGM-109 «Томагавк» идеален, если не думать о его цене, — если бы даже современные, удешевленные BGM-109 отливали из чистого серебра, они и то стоили бы меньше. Именно поэтому, когда счет израсходованных «Томагавков» всех модификаций пошел в последних войнах на тысячи, налогоплательщики сразу ухватились за карманные калькуляторы. Караван ишаков, везущих полный груз «калашниковых» по ливийской или аравийской пустыне, не стоит и одного «Томагавка», даже без учета стоимости платформы, с которой его запустили, систем целеуказания и так далее. У русских же полно достойнейших целей для каждой ракеты, стоящей 1,4 миллиона долларов, и для любой другой. Например стоящей 1,2 миллиона, как «Гарпун, Блок II», десятки которых в эти самые минуты идут на русские крейсеры и эсминцы в их базах. Коммандер покачал головой. Очень вероятно, что задача, выпавшая тем его знакомым, кто наносит удары по арктическим и тихоокеанским военно-морским базам противника, кажется более благодарной лишь на первый взгляд. Русским есть чем обороняться. И обороняться они будут, можно не сомневаться. История учила их слишком больно для того, чтобы лозунг «не отвечать на огонь, чтобы не дать повода обвинить себя в том-то» был актуален сейчас, в 2013 году. Ох, они будут стрелять… Когда ленивого, старого, с прогнившими зубами медведя пинают по толстому заду веселые туристы, им так легко представить, что это медведь нарисованный. Или пусть сидящий в прочной клетке зоосада. И вот как раз по этой причине первый удар по медведю в условиях «мы в страшном темном лесу» должен наноситься профессионалами. Наноситься даже не охотничьей винтовкой с оптическим прицелом, а пулями крупнокалиберного пулемета. С максимально большой дистанции, и желательно из бронированной машины, двигающейся на большой скорости. Только тогда все закончится хорошо. А экстраполируя эту аналогию, мы получаем как раз то, с чего начали. Mk48 mod 5 по «Саратову» на полигоне и несколько сотен «Томагавков», запущенных по наземным целям непосредственно из русских территориальных вод, с территории нескольких их ближайших соседей и даже бывших союзников. Без каких-либо официальных нот и ультиматумов, кроме «текущих» обвинений во всем подряд, уже не привлекающих большого внимания обывателей. Вроде насмешившего недавно коммандера Мартина «выражения озабоченности» в отношении очередного русского шага по отходу от демократии. Выразившегося в слишком большом числе полицейских, сопровождающих московский парад людей, альтернативно ориентированных сексуально. Хихикал он тогда несколько дней: просто потому, что фотография, переснятая кем-то из личного дела командира «Саратова», к этому времени уже была приклеена скотчем на переборку каюты коммандера Мартина. А второй ее экземпляр лежал в закрытом ящике стола в его кабинете в Гротоне, штат Коннектикут. Уже тогда все было решено.
