Грик усмехнулся, но осуждать не стал. Видать, помнил свой первый день, ту сучку из туалета, навязанный долг и бесконечный страх. Но если он прошёл через это по собственной глупости, то у меня была возможность отказаться. И я не собирался её упускать. Хватило мне знакомства с тем сладкоежкой.
Я посмотрел на конфеты, зажатые в кулаке, и огляделся. Бросать их прямо тут было опрометчиво: а ну как этот в майке выйдет покурить и увидит? Будет потом меня проклятиями осыпать, а при случайной встрече все эти конфеты мне разом в рот запихнёт, чтоб я, тварь неблагодарная, подавился на хрен.
– У меня всего два пакетика, – сказал Грик, будто это должно было меня утешить. – На два адреса заскочим, и всё. За полчаса управимся.
Видать, в одиночку ему не хотелось тащиться на эти два адреса, вот он и увещевал меня, заставляя поверить в простоту дела. Только простым оно не было: нас могли подкараулить нарколыги, которые рожу своей феи уж точно знают; могли какие-нибудь конкуренты подрулить из-за угла и прострелить нам тупые бошки; а могли паладины повязать.
