— Так, старая ветошь с бородой! — рявкнула, схватив старика за белое платье. — Я говорю, ты исполняешь. Это понятно? Или я не на твоем языке вещаю?
— На моем, милая, — морщинистое лицо вдруг расплылось в улыбке. — Пойдем. Там за поворотом домик небольшой, над ним фонарик. Постучи три раза. Два тихих и один громкий. Сразу пустят.
Пройдя еще немного, дошли до той самой двери. Сладкий, дурманящий аромат страсти сносил крышу. Плотоядно улыбнувшись, ударила в дверь ногой в тяжелом ботинке, пробив в ней дыру. Никогда не буду исполнять прихоти людей. Два тихих и один громкий. Одного очень громкого было достаточно.
Толкнув остатки двери, вошла в помещение и скинула мантию. Мужчины похотливо осматривали почти обнаженное тело, прикрытое лишь коротким кожаным лифом и шортами. Подарок сестренки пригодился.
— Ты пришла получить удовольствие? — толстый мужчина постучал по выступающему бугру, что напряженно торчал из его брюк. — Тогда тебе ко мне. Я самый искусный любовник в Гизе.
Отлично. Значит, мы в Гизе. Где-то тут недалеко должны быть Пирамиды, а там и Боги. Себека не мог быть с ними. Осирис не дает второго шанса. Мертвое должно оставаться мертвым. Слова Малума прозвучали в голове словно гром. Интересно. Он где-то рядом? Я не верила в то, что он оставит меня одну.
— Самый искусный, говоришь? Ну, накорми меня, — глаза загорелись красным огнем, озарив помещение борделя.
Мужчины и женщины завизжали, как свиньи, в тот момент, когда мои перепончатые крылья развернулись и заполнили собой пространство душной комнатушки.
Махнув рукой, прошептала несколько слов на одном из демонических наречий, создав эгрегора. Его действие было недолгим - минут десять, а то и меньше. Но мне хватит этого времени, чтобы поужинать.
Схватив жирного мужчину, впилась в его перекошенный рот самым чувственным поцелуем. Глаза человека заволокло прозрачной пеленой. Я пила его быстро и жадно, не оставляя шанса на спасение. Остальные жались к стене. Схватив еще одного, весело улыбнулась, сдавливая его горло до хруста.
— Хочешь меня?
— Н-н-нет, — шипел несчастный. — Богом молю, пощади!
— Не-а, я хочу есть! — губы сомкнулись на его шее, он дергался, но рот не открывал.
И тогда я достала свой клинок и проткнула дыру в его груди. Он и так уже не был жильцом. Вскрикнув, открыл рот, питая меня живительной влагой. Вот теперь я была спокойна и сыта.
Бросив тело на пол, красиво прошла мимо перепуганных людей и вышла из прогнившего здания, зачем-то прихватив кальян.
Старик стоял на четвереньках и молился.
— Пойдем, дед. Остался жрец и я дарую тебе свободу. Возможно, замолвлю словечко перед отцом, — подмигнула алчному уроду. — Он большая шишка в Геенне.
Дед побежал вперед, к огромному двору. Странно. Ковры на полу. Я словно попала в одну из восточных сказок, что читала давным-давно.
— А теперь ступай, дальше я сама.
Старый хрыч бежал так быстро, словно помолодел лет на двадцать. И даже спасибо не сказал. Слизень.
Глава 7
Старик испарился. В местном борделе осталась лежать парочка высушенных трупов. Но я была довольна собой, словно совершила некий героический подвиг. С одной стороны, я убила. Снова поддалась непреодолимой жажде и не смогла себя контролировать. Но с другой стороны, избавила этот мир от тварей, что издевались над женщинами.
Там, в крохотной комнате с удушливым запахом чертовых специй и кальяном, что сейчас был в моей руке, я чувствовала кисловатый запах страха. Даже ужаса. Женщины, что находились в помещении, не были счастливы, утоляя эту первобытную жажду похоти. Их продали. Отдали на растерзание тем, кто был недостоин дышать. Чьи грязные ноги лишь портили планету, по которой ходили, оставляя грязные следы.
Впереди стоял дворец. Точнее его небольшое подобие. Жилище жреца Себека. Тихо. Ни звука. Лишь легкий ветер терзал мои распущенные, длинные и черные волосы. Мантия вздымалась, а вместе с нею моя полная грудь при каждом вдохе. Меч в ножнах, и его не заметишь так сразу. Клинок в ботинке. Но я же не человек. Мне достаточно мгновения, чтобы обнажить и то и другое. Но зачем я взяла кальян, предназначение которого мне было даже неизвестно, оставалось загадкой.
Возможно, тяга ко всему блестящему сыграла со мной забавную шутку, но я прижимала к себе этот странный предмет, как нечто весьма дорогое.
Я видела такие на картинках и знала название. Он напоминал диковинную вазу для цветов, но зачем ему трубка, я не знала. Люди странные и в то же время интересные творения. Они могли рисовать картины. Создавать красоту. Потому я была уверена, что эта штука мне очень нужна.
— Эй! Кто ты и как дерзнула войти в Святое место поклонения нашему Покровителю? — откуда-то послышался голос мужчины.
Я несколько раз осторожно осмотрела двор и террасу, отметив, что дворец неплохо подготовлен к атаке. Не окна окружали здания. Настоящие бойницы. Значит, где-то притаились лучники. Воины Себекаиты, что свято верят в несуществующую более справедливость. Я бы могла уйти и избежать боя, но мне необходимо было защитить сестру. Устроить маленькое, но кровавое шоу.
