– Но я старше тебя всего на год или два, – передразнил его Питер писклявым голоском, скорчив гримасу.
– Ты меня передразниваешь? – спросил Коннер.
– Ты меня передразниваешь? – повторил Питер.
– Чувак, прекрати.
– Чувак, прекрати.
– Да что за детский сад?
– Да что за детский сад?
Коннера это сильно разозлило, он возмущённо сопел.
– Я понимаю, что у тебя фишка такая – не взрослеть, но тебе и правда пора повзрослеть!
– Я понимаю, что у тебя фишка такая – не взрослеть… – Питер осёкся и посмотрел на него с любопытством: – Погоди, откуда ты об этом знаешь?
Алекс воспользовалась тем, что он отвлёкся, и встала между ним и друзьями.
– Мы всё знаем о тебе и Нетландии, – сказала она. – Мы ждали тебя у дома Дарлингов, но ты сильно опоздал – ну, вернее, прилетел гораздо позже, чем обычно. Почему ты так задержался?
Питер засунул кинжал за пояс, но смотрел на них по-прежнему с любопытством.
– Я искал Динь-Динь. Она моя подруга и фея. Вчера вечером мы вместе слушали сказку, которую миссис Дарлинг читала детям. И она заметила меня за окном, поэтому мне пришлось быстро улететь оттуда. И я так спешил, что оставил там свою тень. Динь-Динь обычно всегда рядом, но я нигде не могу её найти! Уже весь город обыскал, но она как сквозь землю провалилась!
– Куда Динь-Динь могла деться, как думаешь? – спросила Алекс.
– Она могла вернуться в Нетландию? – предположил Коннер.
– Нет, Динь-Динь не любит летать одна, – с грустью отозвался Питер. – А теперь я совсем один – у меня ни тени, ни феи.
– А чем тень так важна? – поинтересовался Коннер.
Питер посмотрел на него так, будто он оскорбил члена его семьи.
– Тень – это друг, который всегда с тобой!
– Но твоя-то нет, – заметил Коннер.
– Она не виновата, – сказал Питер. – Она надеялась, что дети Дарлингов проснутся и мама прочитает им ещё одну сказку. Тень любит слушать сказки.
Шапочка лукаво улыбнулась.
– А какую сказку она им читала? – спросила она, изящно проведя рукой по волосам.
– «Золушку», – ответил Питер.
– О… – Шапочка сникла и разочарованно вздохнула. – Ты ничего важного не пропустил – она умирает в конце.
Питер разинул рот, а на глаза ему навернулись слёзы. Алекс схватила Коннера за руку и отвела в сторону.
– Ты думаешь о том же, о чём и я? – спросила она.
– Что этот пацан психически больной?
– Нет, я про Динь-Динь. Это не совпадение, что она пропала как раз тогда, когда наш дядя отправился в эту книгу.
– А, точно, – кивнул Коннер. – Наверняка Ллойд её похитил. Возможно, ему нужна пыльца феи, чтобы добраться до Нетландии и завербовать капитана Крюка.
– Думаю, она ему не только для этого нужна, – сказала Алекс. – Злой ведьме в обмен на помощь он предложил серебряные туфельки, а чем можно соблазнить Крюка? Чего он хочет больше всего на свете?
– Убить Питера, – ответил Коннер, пытаясь вспомнить сюжет книги. – Дядя Ллойд отдаст Динь-Динь капитану Крюку, а тот использует её как приманку для Питера.
– Вот именно, – кивнула Алекс.
Близнецы поспешно вернулись к друзьям и Питеру Пэну.
– Питер, мы знаем, где Динь-Динь! – объявил Коннер.
– Где?! – Мальчик так обрадовался, что взлетел вверх на несколько футов и стал парить над близнецами.
– Её похитил один злодей. Он использует её, чтобы завербовать капитана Крюка и его пиратов в свою армию. Ты возьмёшь нас в Нетландию? Возможно, с твоей помощью у нас получится остановить его и спасти Динь-Динь, но для этого нужно туда попасть.
– Конечно! – воскликнул Питер. – Следуйте за мной!
Питер взмыл в небо, как ракета, и исчез из виду, забыв взять с собой остальных.
– У этого пацана синдром дефицита внимания с гиперактивностью, – проворчал Коннер.
Друзья подождали несколько минут, и, к их облегчению, Питер вернулся.
– Простите, совсем забыл дать вам волшебной пыльцы фей! – Мальчик залез рукой в маленький мешочек, висевший у него на поясе, и бросил на друзей целую пригоршню мерцающей пыльцы. – Бум! Бам! Та-ра-рам! Ба-бах! – выкрикивал он, посыпая их пыльцой, пока не истратил всё содержимое мешочка.
– Мне не надо, спасибо, – сказала Матушка Гусыня, когда очередь дошла до неё. – В последний раз я имела дело с пыльцой фей в 1964 году, а наутро проснулась на опорах Бруклинского моста с татуировкой Джона Леннона на лодыжке. Так что в Нетландию я полечу на Лестере.
– Как пожелаете, – сказал Питер. – Ну а вы подумайте о чём-нибудь очень приятном!
Но на деле всё оказалось не так-то просто. За последние несколько дней они так устали и натерпелись столько страха, что подумать о чём-то хорошем, чтобы наполнить тело радостью, было очень сложно.
– Ну же, давайте, – подбадривал их Питер. – Неужели никто из вас не может подумать о чём-то приятном? Никогда не встречал таких унылых людей!
– Но я не могу думать ни о чём приятном, – сказал Железный Дровосек. – Для этого нужно иметь сердце, а у меня его… О-О-О!
Лишь упомянув сердце, Железный Дровосек воспарил над землёй. Он раскинул руки и ноги в стороны, как космонавт, и завертелся в воздухе, словно колесо. Ощущения он испытывал странные и ещё не понял, нравится это ему или нет.
