– Вот он, – Судья с улыбкой на хитром лице протянул жрецу бумагу о вынесении высшей меры наказания для бессмертного.
Бальдр взял её и сощурился – глаза старика плохо видели из-за возраста.
– Те-ериан Ле-екас… – медленно прочёл он. – Вроде всё верно. Хорошо, ожидай церемонию в воскресенье.
– Ха-ха, – рассмеялся Слутгельмир. – Видите ли, в том то и дело, что я не могу ждать воскресенья. Нужно исполнить приговор сегодня – наказание слишком затянулось. Поэтому-то я и пришёл к Вам сейчас…
– И привёл с собой своих цепных псов… – прокряхтел Бальдр. – Во-первых, меня ждёт служба, а во-вторых, для церемонии нужны приготовления.
– Оу, – ехидно улыбнулся мужчина. – Не волнуйтесь! Служба подождёт, мои люди об этом позаботятся… И, насколько я знаю, приготовлений никаких не нужно…
Лицо Верховного жреца омрачилось – он понял, что Безмолвные просто так от него не отстанут.
– …Тем более, – всё продолжал Слутгельмир. – У меня полно времени. Не то, что у Вас, – на его морде появился оскал, а из ножен показалось сияние острого меча.
– Убьёшь меня?.. – с искренней печалью в голосе прохрипел старик.
– Ну зачем так грубо? – промычал Судья и обнял жреца за плечо. – Мы же прекрасно знаем, что у Вас есть то, чем Вы дорожите больше жизни. Например, говорят, у Вас чудесная внучка… Ох, как она поёт! Прямо ангелочек!
– Не смей трогать её, проклятая Тень! – Бальдр отстранил руку мужчины и затрясся в волнении. – Ты жалкое отродье! Я клянусь…
– Тогда не будьте так глупы, – грозно перебил его Слутгельмир. – От Вас требуется лишь исполнение Вашей прямой обязанности, не более. Мне нужно прямо сейчас провести церемонию развоплощения, чтобы я мог убедиться в том, что настоящее «жалкое отродье» покинет этот мир навсегда!
Верховный жрец замолчал. На его морщинистом лице появилось нескрываемое отчаяние.
– Видимо, другого выхода нет… – пробормотал он и кивнул Судье, мол, согласен.
– Вот и славно! – воскликнул мужчина. – А то всё: «воскресенье» да «воскресенье»… Идёмте, священник.
Слутгельмир провёл Бальдра в зал Торжеств, проход к которому Безмолвные заблаговременно блокировали от горожан. Толпа людей наблюдала, как Храм Правосудия что-то предпринимает здесь, в священном месте. Прихожане негодовали и осыпали Теней ругательствами и окликами, но пройти к залам им не давали острые мечи и огромные щиты стражников в чёрных латах с медным пауком на груди. Дверь, как всегда, заперлась изнутри.
– Для начала мне нужно отыскать его имя в Матрикуле бессмертных, – сказал жрец и направился к комнате хранения книги живых. Там отмечались даты Перерождения и смерти каждого асмодианского Даэва.
– Кхе-кхе, – кашлянул Судья. – Проблема в том, что его имени нет в Матрикуле…
Бальдр обернулся и удивлённо посмотрел на мужчину.
– Если Даэв не записан в книге, я ничем не могу помочь. Он не во власти Пандемониума и меня в том числе.
– Ну-ну… – недовольно промычал Слутгельмир, прислонив ладонь ко лбу. – Опять за старое: не могу, не хочу… Я не требую от Вас чего-то сверхъестественного. Просто избавьте Асмодею от этого выродка.
– Как же мне это сделать без записи в Матрикуле?
– Глупый и абсолютно ненужный вопрос. Мы же оба знаем, что все эти записи – только для галочки. Для проведения церемонии нужно лишь имя: Териан Лекас.
Жрец тяжело вздохнул. Он вспомнил про свою внучку. Тени не остановятся ни перед чем, чтобы достичь своей цели – надо будет, и бедного ребёнка не пощадят, а этого старик боялся больше всего. Тем более у него кроме внучки никого не было. Судья скорчил лицо в ожидании – время для раздумий было на исходе.
– Ну? – не в силах больше терпеть рявкнул Слутгельмир. – Будете убивать Вы или мне дать команду «цепным псам»? Жалко девочку… Такая милая…
– Хватит! Я всё сделаю… – сдался Бальдр и закрыл глаза, читая молитву Айону о прощении его грешной души. – Я всё… сделаю…
– Отлично! – мужчина подошёл к старику и похлопал ему по спине. – Начинайте.
Верховный жрец заковылял к алтарю и опустился на колени перед изображением Айона и Лорда Асфеля. Из ящичка в полу он достал драгоценный хрустальный меч и положил его перед собой. Бальдр закрыл глаза, поцеловал амулет на шее, соединил руки у груди и зашептал на древнеатрейском:
– Свет Айона… Да благоволит судьба благословенным…
***
Там временем.
Келькмарос.
Териан Лекас парил на большой высоте от земли – так его не разглядят ненужные глаза. Он старался держаться подальше от селений и крупных дорог – награду за его голову никто не отменял. В мыслях Даэва не было ничего – своё дело он сделал, долг исполнил, теперь нужно было ждать, просто ждать… А, Айон – свидетель, это у бессмертных получалось лучше всего. Асмодианин размеренно парил в облаках, направляясь в лагерь Нунграка.
