Как и любой разрушенный город сотни лет назад, Иронполис был похож скорее на музей: кругом обломки памятников, скульптур, ещё целые фасады некоторых домов, ярко показывающих, как жили люди до Катаклизма. Повсюду можно было найти полусгнившие предметы быта, каменные инструменты – всё, что время сберегло от неизбежного обращения в прах.
В сумерках город выглядел и вправду жутковато. От заходившего солнца тянулись длинные тени. Строения напоминали древние склепы, а камни, торчащие из земли – могильные плиты. Обстановка создавала ощущение кладбища, старого кладбища. Как ни странно, прошло уже почти девятьсот лет с тех пор, как здесь никто не живёт, но улицы не заросли кустарниками и деревьями, пушистый мох не скрыл под собой останки цивилизации. Вокруг местность за века обратилась в непролазную чащу, но здесь была просто голая земля – ни одной травинки не увидеть в руинах Иронполиса.
За высокой покосившейся стеной, одиноко росшей из земли почти в центре города, – всего, что осталось от древнего храма, на огромной ровной поляне, немного занесённой серым песком, стояли рядами массивные столбы. К ним прочными канатами были привязаны суда, отдыхающие здесь после долгих перелётов. В две линии в десяти метрах над землёй красовались фрегаты Небесной флотилии – все восемнадцать штук. Легионеры никогда не видели такое большое количество кораблей. Улыбка невольно растянулась по лицам бойцов, пусть их головы и скрывали металлические шлемы. Даже Даймон впервые за всю жизнь оказался здесь. Он довольным сверкающим взглядом рассматривал днища парящих кораблей, отмечая, насколько они всё-таки прекрасны.
Легат дал команду Даэвам открыть крылья. Пара десятков бойцов выбежали из строя, и спустя секунды сумеречную местность осветили вспышки выросших из воздуха белоснежных перьев. Даймон выбрал один из одинаковых кораблей и, приказав лететь за ним, взмыл вверх к палубам. Бессмертные, спустив некоторые паруса, опустили судно ниже и скинули трап, чтобы люди смогли забраться на борт.
Вскоре каюты всех палуб забились легионерами, и командование стало ждать прихода обещанного гарнизона.
– Что-то они долго, – забеспокоился Версетти.
– Ничего, скоро явятся, – спокойно ответил Даймон.
Над Интердикой воцарилась ночь. Солнечный свет сменился на кромешную темноту. В небе тускло светились огни Асмодеи – там только что рассвело. Даэвы рассматривали окрестности с борта корабля, пытаясь увидеть многочисленную армию элийцев. По сторонам вдруг стали мерцать блёклые белые огоньки. Они, словно звёзды, были разбросаны по всему городу. Казалось, они медленно двигались по улочкам, огибая разрушенные строения.
– Это что? Призраки – не сказки? – удивлённо спросил Версетти, оперевшись на борт и заинтересованно вглядываясь в руины.
– Не надо их беспокоить. Для них мы всего лишь видения… – произнёс Даймон. Его лицо омрачилось. Сколько же людей погибло здесь в одночасье? Сотни? Тысячи? Десятки тысяч? Это только здесь, а по всей Атрее? Миллионы? Больше?
«Кто же виновен в этом проклятом Катаклизме?..» – задал себе вопрос Даэв, но ответить не смог. Элийцев с незапамятных времён учили, что во время мирных переговоров в Башне Служитель Вечности Асфель напал на Лорда балауров Бритру, отчего тот погиб, бездыханно упав с огромной высоты, пронзённый мечом. Ныне Асфель – покровитель асмодиан, их божество и идол. Конечно, северян учили другому: что Бритра напал первым, а Асфель защитил собой Леди Румиэль. Правды из людей не знает никто. Лишь Айон, Служители, да Лорды балауров могут рассказать о тех событиях. Но покровители элийцев говорят одно, покровители асмодиан – другое, хотя они все были свидетелями той ужасной трагедии, в результате которой Атрея изменилась навсегда. Пожалуй, истину может поведать только сам Айон, но из смертных и Даэвов с ним ещё никому не довелось пообщаться.
Бесформенные огоньки всё ещё медленно плыли по Иронполису.
«Всякие мысли лезут в голову… Что это со мной?» – подумал Даймон.
Наконец, через пару часов до ушей бессмертных донёсся низкий размеренный гул.
– Это они! Слышу стук сапог! – воскликнул командующий. – Так, Даэвы, слушать мою команду! Распределяемся по кораблям, спускаем паруса и трап! Немедленно, за работу!
Десятки крыльев шурша взмыли в воздух. Со стороны было похоже, что огромные белые птицы кружат в ночи между спящими фрегатами. Вдруг по очереди корабли начали опускаться почти до самой земли, а с бортов были сброшены деревянные трапы. Даймон раскрыл крылья и полетел навстречу гарнизону. За холмами были видны огни – воины несли с собой факелы и освещали ими путь для колонн. Огромная армия дружно шагала по хорошо знакомым дорогам юго-запада Интердики. Металлическая броня мерцала в свете огней. Впереди шло командование легионов, позади – сами бойцы. Они разглядели приближающуюся к ним крылатую фигуру и взмахом руки велели войску остановиться. Даймон приземлился в паре метров от первой шеренги и сложил суставы длинных крыльев за спиной. Даэв приблизился к человеку в генеральских доспехах и строго поприветствовал его:
