– Сомневаешься, – оскалился Судья в полуулыбке. – Кем ты был год назад? Обычным легатом, пусть и довольно известным. Ты прекрасно понимал, что до военачальника тебе не подняться. Но, отдаю тебе должное, яростно старался пробиться в их круги. Захват Ингисона, Бездна… – всё было потрясающе, но вот должность командующего – твоё бремя и проклятие. Раньше ты боялся идти против всех, но сейчас, как я вижу, расставил приоритеты. Как же удобно, что под руку подвернулся я, верно? – Слутгельмир ехидно вскинул брови и сложил руки на груди, повертев туловищем. Ответный взгляд Исагира был острее заточенного кинжала. Казалось, он сейчас сделает короткий вдох и одним молниеносным движением свернёт шею Верховному Судье. Но нет. Бессмертный асмодианин напряг скулы и изобразил едва заметную ухмылку на суровом лице.
– Видар – недоразвитый кретин, – заговорил Исагир. – И да, ты прав, мне абсолютно не нравится, что такие, как он, стоят в иерархии выше меня. Знаешь, элийцы во главе Элизиума поставили малолетнего мальчишку, и я уверен, никому из Даэвов это не по душе. Мне непонятно, почему они медлят. Будь я на их месте, то его хрупкое тельце уже лежало бы где-нибудь на дне озера, – воин сжал облачённые в сталь кулаки и устремил взгляд на всё ещё неподвижные шеренги северных легионов. – Но Видар другой. Увы, есть люди, которые верны ему… И мне, чтобы приблизиться к его свите, приходилось долгие годы служить власти. Это мерзко, – он скорчил гримасу. – Что? Не смотри на меня так. Бессмертие заставило меня измениться. Да, я лицемерная тварь. Но теперь, наконец, чувствую себя свободным. Свободным от оков. И, да простит меня Маркутан, мне это нравится!
Слутгельмир хотел улыбнуться, но не стал. Слова Исагира вызвали у него удовлетворение.
– Главное, – мелодично напевая слова, ответил Судья. – Это то, что ты с нами. И преследуешь похожие цели… Забава с идгелем – чудесная мысль. Не переборщите с дозами, а то перетравите к балауру весь Белуслан, и это станет не очень приятным происшествием. Асфель нам в помощь! Насчёт Видара не беспокойся. Если он ещё жив, то… ему же хуже, – Слутгельмир не мог не улыбнуться. – Он потерял уважение со стороны Совета легионов, так как не смог остановить меня и спасти Пандемониум. Грязный город, кстати… – он скрыл улыбку и нахмурил брови. – Но ничего! Я его слегка подчистил…
Ехидный взгляд Верховного Судьи устремился в стороны холмов, откуда пришла армия Безмолвных. Исагир не произнёс ни слова. Его не радовало, что приходится иметь дело с Тенями, особенно сейчас. Но его бессмертная душа пресекала любые попытки разума взять верх над желанием. Он очень давно решил во что бы то ни стало получить реальную власть и теперь следовал сей цели. Говорят, что после Перерождения приоритеты меняются, но командующий убедился на собственной шкуре, что это не так. Человеку по природе своей присуща тяга к лидерству – нужда быть всегда и везде первым опутывает в коварные сети сотни и сотни судеб. Считается, что Даэвы лишены этого порока. Но, оказывается, те, кого смертные пророчат спасителями и святыми избавителями, во многом не лучше обычных людей, а, может, даже и хуже. Ведь у Даэвов нет страха смерти, нет инстинкта самосохранения – эдакого стоп-сигнала, которым пользуются все живые существа, когда попадают в критические ситуации. А, значит, в решениях своих бессмертные руководствуются только разумом, который легко может быть отравлен грехами и злыми мыслями.
Идгель – вещество, способное нейтрализовывать Эфир. А, значит, заживо выжигать Даэвов и убивать всё живое. Его нашли балауры, когда исследовали земли Каталама на внешней части планеты. От них идгель попал к фанатикам Ривара – обществу, объединяющему в своих рядах и элийцев, и асмодиан. Они называют себя повстанцами, потому что противятся любой власти. Это культ, несущий «слово Ривара», по созданию идеального мира. Лидеры сей касты отшельников зарекаются не только о создании «идеального мира», но и идеального мышления, поэтому в ряды повстанцев могут попасть только самые преданные своей безумной идее люди. Ненависть к «хаосу и опасности», что, по их мнению, царят сейчас на Атрее, заставляет риваровцев ненавидеть как элийцев, так и асмодиан – тех, кого они называли братьями и сёстрами несколько лет назад. Ради своей цели они даже заключают договоры с балаурами, которые, надо сказать, яро их поддерживают: и идейно, и материально. В своих лабораториях повстанцы проводят эксперименты над разумом и Эфиром, поэтому частенько похищают людей (а иногда и Даэвов!). Около года назад лаборатория в Келькмаросе обнаружила способ искусственного получения идгеля. Это было величайшим открытием за последние десятки лет. Стоит ли говорить, насколько смертоносным является это оружие в руках повстанцев. Но ещё более опасным оно будет, если попадёт к балаурам.
***
Доставлено торговой компанией «Лёгкий Бриз». Оплачено при отправлении.
Секретно.
Кому: Военачальник Арэшурата, Цитадель Тэминона.
От кого: Доброжелатель.
