Воины дружно пошагали к центру огромного зала. У противоположной стены Даймон остановился, мысленно выбирая, какой из восьми тоннелей выбрать.
– Мало Эфира, зов слабый, – констатировал факт глава похода. – Чутьё говорит идти в третий справа, – Даймон ещё раз внимательно посмотрел на избранный путь. С виду он не отличался от других – такая же высокая арка и темнота за ней. Но, видимо, в этом мраке он видел нечто большее, чем в остальных. – Да, точно туда.
– У меня есть склянка с очищенным разбавленным Эфиром, но я тебе её не дам, – предупредил Версетти. – Не время пока. Ладно, пошли, – устало сказал он – шли, а, точнее, бежали мужчины уже около восьми часов без перерыва. Хотя для Даэвов это не рекорд.
Версетти пошёл первым, ведь у него в руке был волшебный светящийся шар, что отлично освещал путь.
Дорога сворачивала то влево, то вправо. Проход был широким, поэтому глядеть надо было в оба. Постоянно из стен доносились какие-то шорохи и скрипы, словно где-то неподалёку кто-то следил за путниками.
– Жутковато здесь, – невольно сказал Версетти, вслушиваясь в каждый звук.
Через полчаса Даэвы вышли из тоннеля и попали в с виду такое же ущелье, как и раньше.
– Дежа вю… – с иронией произнёс легат.
– Нам к шахтам, – уже более уверенно скомандовал Даймон.
– Как скажешь.
На очередном перекрёстке дорог воины свернули вправо, и вскоре пейзаж резко изменился. Приятные светящиеся растения исчезли, кругом были разбросаны булыжники разных размеров, словно после камнепада. Чуть дальше по бокам от тропы высились горы песка. Ущелье расширялось с каждым шагом. В скалах были прорыты сотни маленьких тоннелей, но они явно не были частицами этого огромного лабиринта. Это были лишь шахты рабочих, откуда они добывали дорогую каменную породу.
– Ты оказался прав, дрениум тут везде, – Версетти пнул очередной булыжник кончиком металлического сапога.
– Он не очищенный, – поправил его Даймон. – Обычного камня здесь намного больше. Нам туда… – словно заворожённый чем-то, он кивнул вдаль, не отрывая от холмистого горизонта ущелья взгляд.
Его спутник послушно пошагал за ним, погасив огненный шар в ладони – здесь, под открытым небом, его свет был больше не нужен. Пройдя горы песка, воины снова обнаружили под ногами лужи вязкой слизи вперемежку с паутиной.
– Опять эти твари? – спросил легат.
– Опять эти твари… – выдохнул Даймон.
Он достал из-за спины алебарду, Версетти поступил так же. Мужчина ловко повертел свой боевой посох в руке и приготовился к обороне. Даэвы сделали несколько шагов и вдруг остановились, подняв головы кверху и искривив лица.
– Оу, – промычали они хором.
На гладком высоком склоне скалы ровными рядками друг под другом висели коконы с жертвами. Сотни коконов. Они были прилеплены к горе липкой паутиной и, видимо, имели определённый порядок – пауки съедали сначала верхние ячейки, как самые старые. Глаза разбегались от такого количества погребённых заживо существ. Думалось, не все из них были людьми. По форме коконов было видно, что внутри находились и мелкие животные, и даже балауры.
– Только не говори мне… – выпучив глаза, начал Версетти.
– Да… – перебил его командующий. – Зов отсюда.
– Откуда именно?
– Сверху, – он махнул головой в направлении взгляда. – Не достать.
Версетти задумался. У него был маленький сосуд с Эфиром, но он не хотел его тратить сейчас. Могло случиться так, что наступит момент, когда силы Даэва реально понадобятся.
– Ты хочешь разбить кокон? – поинтересовался легат Сияния Миражей.
– Да, – словно загипнотизированный, промолвил товарищ.
– Эх, ладно… – он протянул другу бутылочку с прозрачной жидкостью. – Держи. Здесь хватит, чтобы взлететь.
Даймон не глядя схватил склянку, открыл её зубами и одним глотком опустошил. Мышцы Даэва мгновенно напряглись и слегка задрожали, зрачки расширились до предела – от прилива Эфира наступила лёгкая эйфория, затуманившая и так нечёткий рассудок. Мужчина задышал часто. Справившись с действием вещества, он быстро заморгал и пришёл в себя. Глаза вернули былую яркость.
– Погнали… – прорычал Даэв и с присяду призвал красивые белые крылья. На фоне мрачного пейзажа заброшенной шахты они отлично выделялись и приносили что-то чистое в атмосферу тоннеля.
Тремя молниеносными взмахами, разогнав ветер по округе, Даймон поднялся до самых верхних рядов. Он легко обнаружил кокон, что так сильно звал его, и с размаху вонзил в него лезвие алебарды. Орудие пробило окаменевшую паутину, оставив брешь. Ещё один удар, и паучья ловушка почти рассыпалась на куски. Мужчина собрал силы для третьего взмаха, как вдруг увидел нарастающее свечение, идущее изнутри кокона. Он отстранился на пару метров и стал наблюдать за этим. Свет стал ослепительно ярким, и спустя мгновенье произошёл взрыв. Остатки каменного гроба разлетелись в щепки. Даймон закрыл лицо рукой, а когда вновь посмотрел вперёд, увидел падающую вниз фигуру. Рефлекс сработал быстро. Сложив крылья, Даэв спикировал и подхватил невольника в метре от земли. Когда столб пыли рассеялся, мужчина искренне улыбнулся, глядя на спасённого, и, можно сказать засиял изнутри.
