– Мы тоже были в шоке. Да в таком, что нас обнаружили. Втроём мы убежали, а Канеус остался, чтобы отвлечь ящеров на себя. Встретились мы с ним уже у кибелиска в Келькмаросе. Хах, мы установили его в какой-то пещере, где раньше укрывались от бурь степные волки, – улыбнулась она. – Я зарядила его энергией, и, надо сказать, он неплохо работал. После этого инцидента мы и направились обратно… А в тоннеле на нас напал десяток паучищ, а без Эфира…
– Я понимаю… – проговорил Даймон. – Знаешь, я сначала не понял, что ты зовёшь меня. Но потом… пение в голове, видения, чувства… всё стало очевидным.
Белатрисс улыбнулась и крепче прижалась к супругу.
– Я почуяла, что ты рядом. Твою ауру я ни с чьей не спутаю, – нежно сказала она и закрыла глаза.
– Волшебница моя… – Даймон снова поцеловал её, копаясь ладонью в пышных волосах.
– Воин мой… – ласково произнесла девушка и… уснула. Долгий утомительный поход вымотал её, пусть даже Даэва. Мужчина аккуратно уложил её на своё место и прилёг рядом, с упоением разглядывая личико возлюбленной. В конце концов, через несколько часов размышлений и он провалился в сон.
Среди бессмертных замужество – редкое явление. Но Даймон во многом был исключением. Как и его избранница, надо сказать. Воин знал, что Белатрисс вот уже одиннадцать лет служила в разведывательном батальоне Даэвов в Сарфане – землёй севернее Ингисона и Келькмароса. Элийцы послали туда исследователей, так как сочли, что напали на след Тиамат – одной из пяти Владык балауров. До сего момента считалось, что все их Лорды покинули Атрею после Катаклизма, либо сбежали в Бездну. Но доказательств ни той, ни другой версии не было.
И вот уже больше одиннадцати лет несколько десятков элийцев, среди которых половина – бессмертные, искали Леди балауров, чтобы отомстить за всё. Расправой.
Белатрисс по характеру была искательницей приключений – полной противоположностью Даймона. Она всегда попадала в авантюры, любила риски и незапланированные «глупости», как это называл её жених. За это, наверное, Даймон и полюбил непослушную и своенравную бессмертную. По зову сердца она была превосходным магом. Её способности не ограничивались бросанием огненных шаров и призывом молний. То, что сотворяла Белатрисс, было немыслимо даже для Даэвов. Ну, вот кто может заключить противника в десятиметровый слой льда одним элегантным щелчком пальца? Или, например, открыть портал к Оку Бездны и жаром, исходящим из разлома, испепелить негодника? Ну, или моментально материализовать над головой обидчика многотонную скалу и как бы случайно уронить её? А если враг надоест, просто превратить его в подсолнух… Верно, только Белатрисс.
А ведь не скажешь, что хрупкая девушка способна на такое. В отличие от Даймона, который обрёл Перерождение в тридцать два года, девушка стала Даэвом в девятнадцать. Оттого её милый вид молодой привлекательной особы не вызывал страха или грозных чувств. Но не поддайтесь на мнимое очарование волшебницы! Внутри неё бушует буря, которая может раскромсать ваше бренное тельце в пух и прах одним сияющим взглядом.
Не секрет, что любовь к девушке-Даэву и заставляла Даймона с радостью встречать новый день. Пусть они не виделись уже давно, но сердце мужчины знало, что с его супругой всё хорошо: ещё одна чудесная способность бессмертного – чувствовать боль близких на расстоянии.
========== Часть 4. Глава 4. ==========
Комментарий к Часть 4. Глава 4.
Отредактировано.
Келькмарос.
Териан Лекас окончательно поправился через пару дней. Он устал сидеть на одном месте и отныне каждый день бродил по Келькмаросу. Раз за разом заходя всё дальше и дальше (не стоит забывать о том, что на него объявлена охота), он наслаждался одиночеством. Ему была непривычна компания элийки, которая всё время плелась около него. Да что там, ему вообще была непривычна любая компания!
Не сказать, что бы он размышлял о чём-то насущном те часы, когда был наедине с собой, нет. Он просто испытывал то, чего ему так долго не хватало: душевного спокойствия.
Каждый раз Териан старался вернуться не с пустыми руками: то цветок какой сорвёт по пути, то раненую пташку найдёт и принесёт в лагерь шиго, чтобы Эви за ней ухаживала. Конечно, девушка скучала по Элиосу, по родным, по Дариусу. Но чем дольше она жила в окружении мохнатых существ, тем сильнее старалась не показывать свои внутренние эмоции – кто знает, сколько ещё придётся пробыть здесь. Териан прекрасно понимал это и пытался делать так, чтобы элийка не скучала. Иногда он рассказывал ей что-то, иногда даже показывал приёмы самообороны. Ещё он учил её асмодианскому. Просто так – самые азы. Надо сказать, Эви было интересно. Она слушала его, поражаясь колоссальному опыту, и считала, что у мудрого Даэва есть много чему научиться. Он частенько поговаривал о философских измышлениях, делился с ней мыслями, но так, чтобы большую часть себя оставить нераскрытой. Териан не был готов открывать перед кем-то свою душу. Он говорил только то, что, по его мнению, можно было говорить.
