В это утро Даэв собирался на очередную прогулку. Нужно быть в полном обмундировании – мало ли кого можно встретить. Старый, но начищенный до блеска дублет, шесть заточенных мечей, десяток метательных ножей, склянка с Эфиром на всякий случай – всё это пригодится в любой схватке. К сверху – чёрная накидка с капюшоном, чтобы скрыть лицо от случайных встреч с врагом.
Солнце вставало из-за горизонта – первые красные лучи пробились через пустыни и холмы. Даэв прищурился – он не любил яркого света. Всё тем же маршрутом асмодианин размеренно пошагал по извилистой тропе на юг. В тот раз где-то в густой лесной чаще сверкало небольшое чистое озеро. На сегодня он поставил себе задачу – добраться до него.
Всё было, как обычно: по краям дороги с ветки на ветку перелетали мелкие пташки и что-то напевали, от лёгкого ветра шумела трава, земля под ногами приятно хрустела. Вот зелёные холмы остались где-то позади. Подступала горячая пустыня, успевшая за ночь немного остыть, но вскоре она снова раскалится, и воздух над ней завибрирует, рисуя вдалеке странные миражи. Даэв ступил на песок. Ему не нравилось бродить по пустыням – пустой одинаковый пейзаж быстро надоедал. Поэтому его путь пролегал по самой кромке Мараяса – забредать далеко между песчаными барханами не имело смысла.
Далёкое солнце вышло почти в зенит, Териан надел капюшон, чтобы не получить тепловой удар. Пустыня Мараяс тоже осталась за спиной, а впереди – бескрайние поля зерновых. Миллионы жёлтых колосьев ласково шубуршали от малейшего дуновения ветерка. Даэв свернул в сторону и зашагал по просёлочной дороге, ведущей к заставе асмодиан. Неподалёку от неё и спряталось в лесах его озеро. Справа вдали разрезала облака вершина Клыка Земли. Териан мельком глянул на его сиявшую на солнце снежную вершину. Она казалась ему так далеко и одновременно так близко.
Мужчина радовался одиночеству. Ничто не мешало, не отвлекало его. Кругом было тихо, спокойно. Разве не рай? Но огонь в сердце Даэва невозможно было унять даже этим прелестным пейзажем.
Сложно описать его чувства. Смертному тяжело понять, что ощущает Даэв. Разменяв уже которую сотню лет, начинаешь чувствовать себя совсем по-другому, видеть в мире нечто большее, чем другие. Нет, речь идёт не о каком-то художественном понимании всего, что творится вокруг. Скорее, наоборот. Ты разгадал мир. Ты знаешь все его законы, можешь предугадать то, что будет дальше. Тебе нечего желать и не к чему стремиться, ты понимаешь, что желания – это лишь эфемерные импульсы для удовлетворения сиюминутных потребностей. Столь же эфемерные, как быт людей вокруг. Но какие у тебя могут быть потребности? Сон, еда? Это уже привычка или ритуал – дань прошлой жизни, тем более, бессмертному можно легко обойтись без этого. Общение? Надоело. Всё остальное тоже неважно. Пожалуй, есть одно, к чему душа тянется неосознанно, – покой. Что ж, в понимании обычных людей, его можно легко достичь, если в радиусе нескольких километров нет ни единой души. Нужно лишь вслушаться в тишину, закрыть глаза и расслабиться. Но для Даэва слово «покой» имеет другой, сакральный смысл. Оно означает не просто уйти от проблем насущных, переведя разум в другое измерение, а обрести гармонию с тем, что с самого Перерождения терзает любого бессмертного. Причём, чем дольше он живёт, тем сильнее ощущает угнетение. Преодолеть это чувство не так просто. И Териан Лекас не знал ни одного Даэва, кому бы это удалось. Все развоплощались, так и не найдя ответов на вопросы. Смертные их не задают. Они просто не приходят им в голову. Утонувшим в быту, повседневных делах – в том, что кажется абсолютно неважным любому Перерождённому, нам, людям не дано найти ответа на вопросы, которые мы не можем задать. Все мы – лишь мимолётные видения, которые оставляют свой крошечный след в непрерывном потоке времени.
Териан Лекас отбивал ровные шаги по просёлочной дороге, не заметив, что почти дошёл до нужного поворота. Он остановился, внимательно осмотрел окрестности, нет ли патруля, и свернул к востоку. Идти оставалось недолго – максимум час. Вскоре на горизонте вновь показалась зелёная полоса – это значило, что бескрайние жёлтые, как солнце, поля сменятся на лесистую местность.
Асмодианин подошёл к границе лесов. Тропинка вела прямо в густую чащу. Вдали было темно – лишь редкие лучи света проходили сквозь широкие и пышные ветви многолетних деревьев. Из леса веяло приятной прохладой. Териан обернулся. Позади остались налитые солнцем поля и луга. Впереди – тьма. Привычная тьма. Слегка улыбнувшись, мужчина сделал уверенный шаг и вошёл на её территорию. Здесь можно было сбросить накидку. Он скомкал её и убрал за пояс.
– Теперь главное – не заблудиться, – вслух сказал он себе. Спустя секунду асмодианин поймал себя на том, что произнёс это по-элийски.
«Надо же, – удивился он. – Хотя я последний месяц говорил только на южном… И шиго тоже… Наверное, этого следовало ожидать».
