– «Глупый?» – перебил его хозяин.
– Да… – задумавшись, ответил Судья. – Пожалуй, да.
– Не заговаривайте мне язык, – сурово заговорил повстанец. – Мне надоело платить больше, чем я получаю – это первое. Второе: лаборатория Альквимии – единственное место на Атрее, где будут создавать идгель. Третье: на моих людей больше не рассчитывайте. Мы не наёмники. Мы несём слово Ривара – свободу, вот что нужно этому проклятому миру!
– Хорошо, хорошо, хорошо… – Слутгельмир вежливо, но резко остановил его. – А если я пообещаю, что балауры поддержат вас в войне против Пандемониума и Элизиума? Ведь, насколько я знаю, ваши агенты распространились и по всему Элиосу. Говорят, их сейчас там даже больше, чем в Асмодее. Только вот для всего вашего братства сейчас наступили сложные времена: охоты на повстанцев, выслеживание шпионами…
Риваровец стал слушать внимательней. Судья меж тем продолжал:
– Поддержка балауров вам нужна, как никогда! А поручиться за вас перед леди «А» могу только я… – он ехидно улыбнулся. – Вы же знаете, кто это?
– Знаю… – пробормотал хозяин форта.
– Вот и прекрасно! Поэтому не стоит делать поспешных решений и заговариваться о расторжении договора… Мы нужны вам… Нужны, как никогда… И Вы, мой дорогой друг, это прекрасно понимаете.
Как ни крути, слова Слутгельмира были очень и очень убедительны. Глава повстанцев Альквимии понимал, что без чьей-либо поддержки братству не выжить. Но послушать Безмолвных – означало стать их вассалом, такой же фарфоровой куклой, грозно выглядящей, но очень хрупкой, какой считал Исагира сам Верховный Судья. Что же выбрать? Похоронить свои мечты и поставить крест на идеях? Предать слово Ривара? Или пойти на поводу у Теней и принять их помощь? В любом случае, какой бы выбор повстанец ни сделал, это означало признать своё поражение: либо перед Пандемониумом, либо перед Безмолвными. Мужчина был ярым приверженцем клана, другой бы и не смог возглавить его, поэтому решение, которое он озвучил, было вполне логичным и ожидаемым для Слутгельмира.
– Понимаю… Вы выиграли… Забирайте, что нужно… Но мне необх… кхе-кхе… необходимы гарантии того, что ни вы, ни балауры не оставите нас в нужный момент!
Внутри Судьи всё затрепетало. Он знал, что это означало власть над крупнейшей повстанческой армией в Атрее. На лице засияла хитрая улыбка, которую он хотел скрыть, но не мог.
– Я даю Вам эти гарантии, – выдавил из себя он. – А теперь позвольте пройти в лабораторию. Всего наилучшего!
Счастливый мужчина, пританцовывая и напевая весёлую мелодию себе под нос, покинул дом начальника и вышел к своим, оставив озлобленного, но полного отчаяния предводителя повстанцев наедине со своими мыслями.
– Всё прошло, как нельзя лучше, – сказал он своим подчинённым. – Идёмте к скале. Я взял билет на всех, ха-ха…
Процессия, громко переговариваясь, направилась к шахте. Надо было пройти через весь форт, чтобы добраться до скалы, в которой проделан широкий тоннель. Около входа дежурило несколько человек. На вид они были одеты более прилично – сразу видно, не последние люди в клане. Увидев приближающуюся к ним колонну асмодиан в чёрных доспехах, они вытащили из-за пазухи мечи и загородили проход.
– Сюда нельзя! – грозно сказал один из них. – Вы кто такие вообще?
Слутгельмир вышел вперёд, чтобы ответить, но его перебил громкий ор сзади. Он невольно обернулся. Остальные Тени достали оружие и встали в боевые стойки, защищая своего предводителя.
Оказалось – опасности не было. Всего лишь кучка повстанцев около большого костра. Они подняли вверх кружки и громко закричали хором:
– Свобода и оружие! Свобода и оружие! Свобода и оружие!
Затем они громко плюхнулись на землю и загалдели, начав трапезу.
– Это что? – удивился офицер Безмолвных, наблюдая за картиной. – Их клич?
– Похоже… – с нотками жалости в голосе ответил Верховный Судья.
Стражники у входа в пещеру всё ещё ждали его ответа, поэтому он повернулся к ним и сказал:
– У нас есть разрешение вашего главаря.
– Пустые слова! – оскалился сторож. – Никому из посторонних сюда не войти!
Слутгельмир ехидно улыбнулся и мурлыкнул:
– Ну мы ведь не хотим боя, верно?..
Безмолвные уже были готовы к схватке, но первыми не нападали. Повстанцы тоже встали в стойки. Вдруг их старший увидел вдали толстую фигуру начальника форта. Тот стоял на улице и усердно махал им, мол, не мешайте, пусть идут. Страж, безусловно, удивился, но спорить не стал. Он велел своим товарищам убрать оружие и пропустить гостей.
Слутгельмир откланялся и важно вошёл в шахту. За ним проследовала его многочисленная свита. Сначала проход был довольно узок, пускай и высок, но он постепенно расширялся. Вскоре стены стали гладкими, отполированными.
– Вот мы и здесь… – весело пропел Верховный Судья.
