«Живым не дамся!» – пролетело у Даэва в голове. Он согнулся и, зарычав, раскрыл за спиной огромные белые крылья, отбросив их взмахом несколько воинов.
Сквозь гам и крики в зале тонкий слух бессмертного услышал свист нескольких пущенных стрел. Гелион пригнулся и остриём меча полоснул по щиколоткам справа стоящих легионеров. Те свалились на пол, сам Даэв дёрнулся влево, и стрелы разрезали воздух в сантиметрах от его лица, вонзившись в статую Айона. Развернувшись на месте, мощные крылья воина снесли с ног ещё пару бойцов, затем Гелион резко пригнулся и, оттолкнувшись от земли, одним взмахом взмыл под самый купол Святилища.
Внизу царила суматоха. Гости в спешке покидали зал. Те, кто был при оружии, бросились на лучников и легионеров Пепельных Облаков. Началась схватка. Гелион свернул крылья и начал пикировать на шеренгу лучников. В него полетело ещё несколько стрел, но ни одна не попала в цель. Вдруг мужчина услышал сзади хруст. Он почувствовал, что крылья его потяжелели и перестали слушаться, словно обратились в камень. Даэв обернулся и увидел, как перья сковал толстый пласт льда, появившийся из ниоткуда. Воин попытался выбраться от ловушки, но не смог и камнем рухнул на пол, разломав грудью опустевшую скамейку. Он попытался встать, но его прижала к земле чья-то облачённая в сталь нога. Оскалившись, Гелион посмотрел на обидчика – из-под шлема светились большие голубые глаза. Мужчина узнал их.
– Ты? – прорычал он.
Но сказать что-то ещё Аскалон не успел. Через мгновение занесённый высоко над ним меч подошедшего сзади мужчины одним сильным взмахом снял голову с плеч Даэва.
– Дело сделано, – проговорил мужчина и, протерев лезвие о рукав, убрал его в ножны.
– Спасибо, Версетти, – кивнула девушка и убрала ногу с плеча Гелиона. – Мы у тебя в долгу.
Мужчина кивнул и обернулся, оглядев окружающую картину. Фигуры в доспехах Пепельных Облаков, стоя за пленниками, держали мечи у их глоток, чтобы те не дёргались.
– Все сторонники Гелиона схвачены, – заключил Версетти, обратившись к девушке, всё ещё стоящей у него за спиной.
– Среди наших есть потери? – спросила она, перешагнув через тело Аскалона.
– Двое. Гелион потерях восьмерых. Из Даэвов только он и Сакмис. Твой муж ведь встретит их у кибелиска?
– Да, – обернувшись на труп бессмертного, промолвила девушка. – Там их уже ждут.
Тело военачальника Арэшурата медленно укрыли белоснежные перья. Зашелестев, они вдруг рассыпались в пепел вместе с останками мужчины. Ветер, завывающий через открытые ворота Святилища, поднял пылинки в воздух и унёс их далеко.
– Что будем делать с горожанами и гостями снаружи? – спросил Версетти. – Они в панике.
– Оцепи Площадь и не дай никому покинуть её, – тихо промолвила Белатрисс. – Народ успокоится, когда увидит живого Фаметеса.
– А с этими что? – легат махнул головой в сторону пленённых воинов и приближённых Аскалона, смирно стоящих на коленях с мечами у глоток.
– Свяжите их и спрячьте в Святилище. Убивать их не стоит… – волшебница пронзительно посмотрела на Версетти. Тот понимающе хмыкнул и утвердительно кивнул – всё же это были знатные офицеры и члены известных семей и легионов.
Легат Сияния Миражей молча развернулся и направился к своим легионерам, чьи лица скрывали чужие доспехи. Белатрисс прошептала что-то и, предвкушающе глянув в сторону выхода, торопливо покинула Святилище.
***
Цитадель Тэминона. Арэшурат.
Каменная статуя Леди Ариэль засветилась. Воздух небольшого тёмного помещения помутнел и стал кружиться вокруг изваяния. Вдруг вихрь резко опустился к ногам Служительницы Вечности и начал собираться в плотный серый клубок. Постепенно уплотняясь, он стал принимать форму сидящего на коленях человека. Через несколько мгновений фигура шевельнулась, и остатки пыли послушно опустились на землю.
Это была женщина. Чёрные волосы небрежно лежали на её плечах, скрывая лицо, а руки и ноги дрожали, словно от конвульсий. Даэв попыталась встать, но не удержалась на ногах и упала на колени.
– Проклятый кибелиск… – прошипела она, с ненавистью смотря на дрожащую ладонь.
Через несколько минут дыхание возрождённой выровнялось – женщина начала приходить в себя. Фантомная боль в шее ещё никуда не делась – воительнице до сих пор казалось, что в горле торчит длинная острая стрела.
Элийка осторожно поднялась и, устало волоча ноги по земле, подошла к шкафу, что был единственным предметом мебели в этом помещении. Толстые каменные стены, прочная дверь и узкое окно башни дворца надёжно защищали кибелиск – Сакмис это знала, но сегодня она была не уверена в безопасности статуи.
Открыв дверцу старого шкафа, она сняла с крюка длинную серую тунику и накинула её на себя – пускай стража сюда не входит, но путь до её покоев довольно неблизок, а оказаться голой перед легионерами и гостями Цитадели было для бессмертной элийки верхом позора.
Сакмис подошла к двери и положила ладонь на тяжёлую ручку, но выходить не спешила. Она чувствовала, что Гелион не выжил там в Элизиуме и скоро его душа тоже прибудет в эту обитель.
