Снова смахнула влагу соленую со щеки. И чего хожу каждый день, спрашивается? Ну нет его там, давно уж ушел. Да и зачем возвращаться? Сама ведь не его, а долг выбрала, сама в воды окунулась, прямо из его крепких объятий в озеро перенеслась и в королевство подводное канула.
Вздохнула снова, опустила ладони и, грустно соколу махнув на прощанье, спальню королевскую покинула.
— Не устала ты, Мира? — король спросил. Подошел ближе, уложил одну руку на плечо, чуть притянул меня к себе. Я вырываться не стала и ответила спокойно:
— С чего мне уставать, твое властительство? Непосильной работой никто не нагружает, выдумками сумасбродными не отягощает, нежеланными обязанностями никто не неволит. Отчего я устану?
— Оттого, что каждый день новые развлечения придумываешь.
— Так и сама веселюсь. Дворец не дворец теперь, а точно деревня родная. Слуги у тебя, король, обучаемые. Уже через слово прибаутками сыплют.
— Они угодить стараются. Или не нравятся тебе платья, что служанки шьют, драгоценности, которые ювелиры королевские изготавливают?
— Отчего же, все нравится.
— Не заметно, — король усмехнулся.
— Так что камушки, подводное величество? Я ж когда по ту сторону заглянула, совсем иную жизнь узнала. В такие моменты все напускное отступает, а ценность существования в другом видится.
— В другом? — король заинтересовался.
А я кивнула.
— Хочешь, Мира, я тебе свои чудеса покажу? Такие, каких ты прежде не видела?
— Чудеса?
— Самые настоящие, — улыбнулся властитель.
Ох, как я раньше чудеса любила. Завсегда слушать о них готова была, а в другое время о них же мечтала. Теперь вот ни чудес, ни богатств не надо.
— А покажи, — властителю ответила. — Что у тебя в мире за диковинки, которых я отродясь не видела?
Обхватил меня король за плечи, повел за собой на террасу. А как вышли, я дара речи и лишилась.
Это ж кто мог знать, что волшебнику подводному под силу сокола в такого гиганта обратить? Ладони ко рту прижала, когда подошел властитель к самому краю и спрыгнул на спину летуна. Сделал на нем круг небольшой и вновь ближе подлетел.
— Прыгай, Мира, — позвал меня, — поймаю.
Я глаза зажмурила, дыхание затаила и скакнула вниз, прямо в его руки угодила. Король к себе спиной прижал, одной ладонью вокруг талии обхватил, а другую на шее сокола устроил.
— Полетели, — крикнул. И у меня дыхание перехватило, когда взмыли резко вверх.
Первое время глаза открыть боялась, но когда поняла, что его величество со спины летуна соскальзывать не спешит и меня крепко держит, доверилась ему, перестала судорожно за перья соколиные цепляться (того и гляди, все повыдергаю), дух перевела и отважилась вниз посмотреть.
Сокол взлетел уж под самые облака, а под нами переливался хрустальный дворец на горе, а чуть поодаль, в низине — сверкающий город. Небо закатно-румяное плескалось в озере, которое на поверхности отражений не имело, а здесь казалось расплавленным золотом. Полянки бархатно-зеленые мешались с лесными зарослями, розовые холмы сбегали к равнине, светившейся внизу ярко желтым пятном.
— Это розовые скалы и золотая долина, — склонился король к моему уху. Одно из самых любимых мной мест в человеческих королевствах.
Я ему не ответила, поскольку рот пока открывать не решалась и только жалась поближе к правителю. От красоты повсеместной сильно голову кружило. А тут еще властитель соколу какой-то сигнал подал, и птица выше взлетела. Теперь земля совсем далеко очутилась, а под нами проплывали облака пушистые.
— Погуляем, Мира? — спросил король, и ответа не дождавшись, потянул меня со спины соколиной.
Я с визгом пронзительным вниз полетела. Со страху широко глаза раскрыв, глядела на то, как мы падаем. Властитель руки в стороны раскинул и смеялся беззвучно, пока я в полете за него ухватиться пыталась. Надеялась, хоть сокол поймает, но птица огромная в сторону ушла, а мы вдвоем упали на облако. Я сперва себе не поверила, когда в пушистую вату по шею погрузилась. Под ногами пружинило мягко, но у меня выпутаться из белоснежного плена не получалось. Зато король хорошо приземлилась, уселся на облаке, как на своем троне, еще и взбил перья небесные под спиной, дабы помягче было. Устроился, в общем, со всеми удобствами и глядел вниз с высоты, пока я в перине невесомой барахталась.
— Как представишь, Мира, так и будет, — с улыбкой король подсказал, заметив, как я от ваты облачной отплевываюсь.
А что мне представить-то? Впечатлений столько, что совсем ничего в голову не лезет. Зажмурилась, попыталась умное что сообразить, этакое величественное вроде королевского трона придумать и смех веселый услышала. Поглядела на короля, после на облако свое и, оказалось, что на печке лежу. Добротной такой, белоснежной и мягкой. Тут уж и я не сдержалась и со смеху покатилась, королю вторя. Так и веселились вдвоем на облаках, неспешно плывущих над подводным королевством.
— Как же ты это умеешь? — спросила у властителя, когда дух перевели.
— Я этот мир создал, мне здесь все подвластно: время, расстояние, пространство. Могу исполнить любую фантазию или мечту. Ты ведь когда-то желала полетать, Мира?
