Но кольца сжимались плотнее, и глазки-бусинки злобно смотрели в лицо. Кажется, кто-то пытался помочь, но истерика завладела разумом — я стрелой вылетела на палубу и заверещала, взывая к помощи. Тропические монстры не поддавались уговорам. Я панически металась, сбивая с ног прохожих матросов, пока на пути не возник фальшборт. Отчего-то решив, что вода поможет их отцепить, я перемахнула через планшир. Воздух свистнул в ушах, и лицо встретило мощный удар волны. Ледяная вода прошибла тело электрическим холодом, от которого сдавило дыхание. Я хлопнула ртом — к поверхности заструился рой пузырьков. Дышать стало нечем не мне одной: змея, лишившись воздуха, ослабила хватку. Каблук сапога окончательно сбил её с моей ноги — и тут же я устремилась к поверхности. Над головой волна теснилась к волне, а между ними проскальзывали дрожащие солнечные блики, преломляющиеся сквозь хрусталь вод. Я вынырнула и истошно глотнула воздуха. Паук под рубашкой перестал щекотаться — я запустила руку в декольте и вытащила труп членистоногого. Кулаки сжимались сами собой, и едва не превратили тело утопленника в жижу — я отбросила раздавленно-утопленного паука-монстра и судорожно заметалась: порывистый ветер отогнал шхуну на порядочное расстояние. На палубе суетились, в воду ухнула бочка. Она всплыла неподалёку, я кинулась к ней и отчаянно скребанула ногтями по деревянной поверхности. Бочка провернулась, начисто отказываясь работать в роли спасательного круга, и волны снова сошлись над головой. Я вынырнула, отплёвываясь от морской соли, нещадно разъедающей глаза и горло — и погребла за судном, смутно понимая, что угнаться за этой громадой при сильном ветре нереально. Борт высился неприступной, мощной стеной, мачты перекрывали солнце — ветер обдувал их и холодил мокрое лицо. Он принёс с корабля отголосок перепуганного крика: «…улы! Заряжай!», а взгляд поймал фигуру Гиббса на руслене. Тот вытянул руку с выставленным указательным пальцем мне за спину. По коже забегала толпа мурашек — и не только от холода. Я вывернула голову назад. Взгляд скользнул по горизонту, по тёмным треугольникам на поверхности воды, затронул корабль, на миг остановился — и с быстротой молнии метнулся назад. В открывшийся рот хлынула волна, опрокидывая на спину. Я захлебнулась в воде и собственном крике — и кинулась к судну со скоростью реактивного самолёта. За спиной гребни волн разбивались о блестящие чёрные спины стаи акул. Шокированный разум, показалось, уловил клацанье зубов прямо над ухом. А может, и не показалось. Сброшенная в помощь бочка оказалась за спиной, и нога пнула её в преследователей — по большей степени случайно, при гребле, однако умирающий от страха внутренний голос расценил это как хороший ход. Застучали выстрелы. Пули впивались в воду позади, перекрикиваемые старпомовским воплем «Стоп! Вы её пристрелите!», но сама я молилась о том, чтобы пальба не утихла. Паруса принялись подтягиваться к реям; с помощью Тима-парусного-мастера это произошло бы на порядок быстрее, и я десяток раз прокляла себя за, что столь красноречиво послала его.
— Нет-нет! — донеслось сверху. — Эй! Не дёргайся, ты их всё равно не обгонишь! Веди себя спокойно!
Я, перестав панически брызгаться, впервые увидела чёрные вытянутые тела прямо передо мной. Истерично забила по воде и завизжала, в безумном ужасе разворачиваясь. Но они повсюду. Окружили. Закольцевали. Взор в истерике метался по многочисленным плавникам, а внутренний голос орал: «Прекрати, дура! Не надо резких движений! Истеричка! Успокойся и…» «И с достоинством прими свою смерть», — ответила я. Но в самом деле, перестав вспенивать воду на одном месте, мне удалось слегка умерить акулий пыл: теперь они просто кружили вокруг, как стервятники над падалью. Пули засвистели совсем рядом — но лишь взбрызгивали воду, которая затормаживала их скорость. Вкупе с этим фактом, а также дальним расстоянием и плотной шкурой морских хищниц, выстрелы с корабля им были нипочём. Я застучала зубами: круги сужались, плавники разрезали поверхность всё ближе и ближе. Взгляд метался от морских убийц к кораблю, пальба не помогала, и в конце концов прекратилась, видимо, чтобы ненароком не застрелить меня.
— Помогите! — я заорала, вкладывая в крик весь воздух и все силы. По истечении вопля приглушённо прозвучало «… к дьяволу всё!» — и чья-то фигура ласточкой упала с судна в волны. Я взвизгнула, и новая волна погрузила меня с головой в холод морской воды. Рядом с лицом оказались два крошечных глаза на огромной страшной акульей морде. Вместе с заглушённым истеричным визгом к поверхности устремились пузырьки воздуха. Я рванулась наверх, шумно вырываясь из-под воды. Брызги полетели во все стороны. Зашелестело за спиной. Удар по воде. Плеча коснулись. Я наугад зарядила локтем назад и развернулась со скоростью света. Взгляд встретился с круглыми глазами Джека. Тот едва удержался на плаву после неожиданного удара, и волна отодвинула его назад.
— Джек! — сорвалось с губ само собой. Миг — и он снова на поверхности. — Идиот! Нас обоих сожрут и не подавятся!
