Когда мы дружной компанией заявились в знакомую таверну, трактирщик вытянулся, распахнул объятья, а его тусклые глаза загорелись: тот и не надеялся, что когда-нибудь удача снова поступит столь благосклонно и приведёт к нему толпу клиентов во второй раз.
Говоря кратко, вечер прошёл скучно, если не учитывать того времени, когда матросское пьянство достигло пика: после третьей бутылки мистер Бергенс так окосел, что решил испробовать действие Амулета на себе: он выпросил у Джека «подержать его всего одну секундочку», надел на шею — и со всей дури разбил бутылку о свою голову. Не хватало только возгласа «За ВДВ!». Я ухмыльнулась в кулак. К удивлению, Амулет воистину работал: Бергенс не пострадал, правда после такого действия Джек набросился на него как тигр: стащил Амулет с его шеи, дал тому знатного тумака и пообещал собственноручно утопить его в гальюне.
— Какой суровый, — ехидно поддела я Джека.
— Какая придирчивая, — прищурился он в ответ.
— Что ж, зато мы теперь знаем, что свойства Амулета правдивы, — я повела плечами и приложилась к бутылке.
С течением минут ничего не менялось: Элизабет не спешила объявиться на заявленную встречу, что беспокоило Джека: капитану не терпелось передать Амулет миссис Тёрнер, чтобы ответственность за его сохранение больше не лежала на его плечах, и над «Жемчужиной» перестала висеть потенциальная угроза потопления суровым Уиллом-недо-рыбьей-харей. Опоздание мисс Суонн сначала было мне безразлично, а потом стало возмущать: ведь та заранее прибыла на остров и могла прийти вовремя.
Я знала, что как только Амулет попадёт в руки Тёрнеров, можно будет считать приключение законченным, но вместо положенного умиротворения душу снедало беспокойство: всё не может так просто закончиться. Тяжёлый осадок не спешил испаряться, ведь гнев обманутого Стивенса будет кружить над нами голодным коршуном. А также осталось много других нерешённых проблем. Я испытывала жизненную необходимость расставить точки над «i», чтобы наконец вздохнуть спокойно.
Далеко за полночь Джек покинул таверну — отправился встречать блудную девицу, забывшую дорогу к выпивальне или просто позабывшую про встречу. После его ухода всё веселье растворилось в отзвуках ночи из приоткрытой двери. «Мир сразу как-то потускнел», и вместо пьяной пирушки матросы устроили вечер баек. Удивительные фантазии Гиббса о том, как он спасал капитана от банды проституток, которые решили отомстить ему за то, что тот им не заплатил, сначала вызывали смешки, но потом я абстрагировалась от них. Чувство, будто что-то не так, висело в запахах старого дерева и терпкого рома, заставляя душу изводиться в тревоге. Я сидела как на иголках, а внутренний голос уверял, что что-то должно случиться.
Сквозняк распахнул дверь таверны и принёс с окраины собачий лай, выстрел и отзвуки злобных едких слов. Это сработало неким пинком: я бесшумно выскользнула за дверь, которую распахнул ветер, будто желая выпроводить меня. Тёмная влажная улица заставила продрогнуть. Что-то тянуло прочь от уютной таверны в холодную ночную неизвестность.
Интуиция вела меня по подворотням и проулкам, с неба сыпалась дождливая морось, искрящаяся в редких кружочках фонарного света. Цветущий аромат какого-то диковинного растения заострился, но промозглая погода перемешала его со странным металлическим привкусом.
Справа взметнулось чёрное покрывало. В плечо толкнули. Мир наклонился. Я не успела даже вскрикнуть, ударяясь спиной о мостовую. Мимо простучали чёрные сапоги и просвистел колыхающийся плащ, увенчанный чёрным палаческим капюшоном.
Взбудораженный возглас застрял в горле, а в мыслях взорвалось разъярённое «Да неужели!». Я оттолкнулась от мокрых камней и вскочила на ноги, устремляясь вслед Тёмной Личности, также известной как Анжелика Тич.
Несколько шагов в соседний проулок — и меня настиг удар в спину, будто кто-то не рассчитал траекторию и врезался в меня на бегу. Земля нырнула навстречу, и я едва успела выставить вперёд локти, чтобы не поцеловаться носом с тротуаром. Отборный русский мат невольно вырвался в тишину проулка. Рядом прогрохотала ещё одна пара сапог — знакомая своими грязными разводами.
— Стоя-ять! — рявкнула я, цепляясь за голень сапога. Джек чуть не загремел на мостовую, покачнулся на одной ноге, восстанавливая равновесие, и в спешке обернулся.
— Окси?! Обещаю, позже я позволю тебе снять с меня и сапоги, и всё остальное, но сейчас мне надо бежать, — последние слова пират прошипел сквозь зубы, одним резким рывком заставив меня отцепиться.
Я в негодовании вернулась в стоячее положение и устремилась следом за Воробьём, убегающим в темноту проулка. Внутренний голос сформировал объективное предположение о причине этих догонялок: Анжелика украла Амулет. Концентрация гнева достигла предела, ускорив мой бег до максимума — и я смогла нагнать капитана.
— Опять она?
— Угу. И не одна, а с компанией солдат. Скажи спасибо, что я их обезвредил.
— Компанию солдат? — подивилась я.
