— Не знаю, мисс, не знаю! Говорю же: не ходит туда никто. Идёмте, — и он, подхватив меня за руку, чересчур навязчиво потащил прочь из восточного крыла. А отпустил лишь тогда, когда мы уже стояли на пороге моей комнаты. И, сообразив, что вёл себя как-то не так, смятенно отступил и потупил взгляд.
— Нужно вам что-нибудь ещё?
— Нет, спасибо, — я взлохматила русую копну мальчишеских волос и скрипнула отворяемой дверью. Едва она скрыла от меня неловко-учтивое личико паренька, я позволила себе сдёрнуть с губ улыбку и опустить плечи. Самый таинственный и безлюдный уголок дома всенепременно удостоится моего посещения — и чердак, и «переговорный зал» сделались главными подозреваемыми в хранении нашего заветного пергамента с координатами. И если по обыкновению шпионы сперва начинают присматриваться к подозреваемому объекту, ходить вокруг да около, то я решила действовать наоборот: наведаться туда без разборок «что да как?», ведь долгие наблюдения за странным «залом» привлекли бы к моей персоне внимание — и не в лучшем свете.
Ночь накинула тёмное покрывало на Исла-Сантос одним незаметным рывком — а часы, в скором времени отбившие час, подтвердили приближение самого удобного времени для тайной ночной вылазки. Время пролетело незаметно, а в добавок в комнате отыскался притуплённый кинжал в чехле, который удобно прицепился к поясу. Ночь сгустилась над городом чёрной пеленой. Вместе с улицей вскоре затих и дом. Беготня слуг, звон посуды и прочие звуки перестали будоражить слух к двум ночи. Тогда я осмелилась высунуть нос из-за двери. Огни коридора погасли, а редкие окошки расстилали по полу трапеции лунного света. Настороженная тишина отзывалась еле уловимым цоканьем кафеля под каблуками, от которого приходилось вжимать голову в плечи, будто это могло помочь. Я кралась бесшумно, не имея источников света, отличных от лунного, и оружия, отличного от тупого кинжала на поясе, вслушиваясь в каждый звук и мысленно упрашивая, чтобы никому из обитателей дома никуда не приспичило посреди ночи.
Первая из отмеченных мною комнат, вместо дельного результата обыска показала красивую, внушительную «фигу». Картины, ковры и стены решительно не хранили никаких тайн. Впрочем, сразу в нескольких следующих залах и коридорах расклад был точно такой: даже задние стенки шкафов не порадовали потайными проходами «в Нарнию». Разобидевшись на них и жалея, что нет возможности хорошенько хлопнуть дверью, я поплелась в самое дальнее, восточное крыло. В поисках незаметным образом пролетела почти вся ночь, а небо постепенно начинало сереть. Дождь шумел по крыше без устали всё это время, лишь под утро сдав позиции.
Подозрительное углубление в стене коридора вызвало справедливые мысли и предположения. Я навалилась на него, хорошенько нажала, потом попыталась ковырнуть в нем кинжалом, упрашивая оказаться выдвижным ящичком, но то, похоже, оказалось обыкновенной полкой под цветочный горшок, статуэтку или иной предмет интерьера. Сплюнув с досады на пол и тут же растерев плевок носком сапога, дабы убрать следы пребывания, я отправилась по главному «курсу».
