Тихон внимательно смотрел на Катю.
— Павел же любил другую девушку, Антонину Ивашову. Любил верно и преданно. Когда Антонина до него снисходила, бросал очередную подружку и возвращался к своей единственной любви.
Тихон потер подбородок. Слушал он внимательно.
— В один прекрасный момент он бросил Эллу, вернувшись к Антонине. В то время у Антонины был перерыв между мужьями.
У Тихона в глазах промелькнуло удивление.
— Павел рассказывал как-то по-другому? — догадалась Катя.
Тихон не ответил.
— Тихон!
— Да, Павел Викторович излагал другую версию, — кивнул Тихон. — Продолжай, Кать.
— Элла вышла замуж на Всеволода Сергеича. Прошли годы. И однажды… Тем летом, когда Элла погибла, она видела, как Павел и Антонина приехали вечером на дачу. Едва ли они приехали, чтобы попить чайку и поделиться воспоминаниями юности. У Эллы была возможность сфоткать парочку.
— Откуда ты это узнала? — уточнил Тихон. — От мамы?
— Да. Незадолго до смерти Элла спрашивала телефон Антонины. Та к тому времени потрясающе удачно вышла замуж. За некоего Кривицкого. Слышал такую фамилию?
— Нет. А где сейчас эта Антонина? — подумав, спросил Тихон. К рассказу Кати он отнесся серьезно.
— В Израиле, — с сожалением призналась Катя и невесело улыбнулась. — Пытаться отравить тебя она не могла. Она там, в Израиле, вместе с мужем.
Тихон помолчал, Катя тоже.
Пауза затягивалась. Михаил поднялся, потянул жену за руку. Тихон жестом его остановил, взял лежавший на столе телефон и через несколько минут заговорил в трубку.
— Кира, простите, что так поздно… Вспомните, пожалуйста, подругу Эллы, с которой она разговаривала, когда вы ее причесывали, звали Антонина?
Женский голос в трубке ахнул, затараторил. Слов было не разобрать, но Катя догадалась, что женщина имя вспомнила.
— Элла постриглась и сделала профессиональный макияж перед тем, как встретиться с Антониной, — вернув телефон на стол, объяснил Тихон. — Это было незадолго до ее смерти.
Версия давних событий не была стопроцентно убедительной.
Антонина Кривицкая-Ивашова не могла иметь отношения к теперешним событиям.
Отношение мог иметь Павел Викторович Ермаков, тихий интеллигентный человек, утверждавший, что любит Лику как родную дочь. Для Павла не было проблемы достать ключи и от дачи Всеволода Сергеича, и от его квартиры.
Этого Катя объяснять Тихону не стала. Сосед не идиот, сам способен догадаться.
Миша снова потянул ее за руку, Катя послушно пошла за ним к двери.
— Спасибо, — поблагодарил Тихон им вслед.
Катя уверять, что благодарить не за что, не стала, оглянулась и тихо, но твердо поставила соседа в известность:
— Я хочу рассказать это Ивану.
Тихон неохотно пожал плечами, принял к сведению.
Она вздохнула и грустно попросила:
— Ты поосторожней, Тихон.
На улице было уже совсем темно. Добираться до собственного дома пришлось цепляясь за мужа.
Разбудило его солнце. Оно светило в глаза, пробиваясь сквозь щель в занавесках.
Взглянув на часы, Тихон поразился. Он давно не просыпался почти в полдень.
Александра возилась на участке. Когда он, сходив в душ, спустился вниз, домработница была уже в доме, стояла у плиты.
— Доброе утро, — поздоровался Тихон.
— Доброе. Завтракать?
— Чаю, — попросил он, садясь за стол.
Нужно привыкать обслуживать себя самому. Александра не может работать у него вечно.
— Ты почему не пишешь? — включая чайник, неодобрительно спросила она. — Я смотрю, картина как стояла, так и стоит.
— Нет настроения.
— А ты начни, глядишь, настроение появится, — посоветовала женщина. — Я всю жизнь работала, на настроение не смотрела.
— Начну, — пообещал Тихон.
Лика злилась на Александру, когда домработница пыталась ее поучать. Тихону было все равно.
Даже, пожалуй, наоборот. В поучениях домработницы было что-то домашнее, а иметь дом ему хотелось.
— Я хочу тебе кое-что рассказать, Тихон. — Александра налила кипяток в заварной чайник.
Когда она перестанет у него работать, настоящий чай он сможет пить только в кафе. Сам будет обходиться пакетиками.
— Перед майскими Лика ездила куда-то с Асланом, — женщина села напротив Тихона. — Мне в тот день велела не приходить, про то, что Лика ездила с Асланом, соседка Надежда рассказала. Очень ей интересно было, Надежде, сколько Аслан денег запросил. Надежде бы в службе безопасности работать.
Тихон встал, налил чай себе и Александре. Лика сейчас поморщилась бы, жена до уровня обслуги не опускалась.
— Когда я на следующий день пришла, ты уже на работу уехал. Сначала я вроде бы ничего не заметила… — Александра обняла чашку руками. — Но потом поняла, что Лика не в себе. Я свою девочку хорошо знала.
Тихон с удивлением на нее посмотрел.
— Лика за тобой следила, Тихон, — вздохнула Александра. — Одинокая она была, кроме меня, поделиться не с кем. Вот и поделилась. С девкой какой-то ты время проводил.
Смотреть на Александру было невыносимо, и Тихон отвел глаза.
— Лика очень переживала, что не она одна это видела, Аслан тоже.
— Мне она ничего не сказала, — выдавил Тихон.
