– Убери свои руки, придурок! – прошипела она, стараясь привлекать как можно меньше внимания.
– Закрой рот, девочка! Ты ведь не хочешь вылететь отсюда? Беркет не будет со мной скандалить из-за обычной шлюшки, даже такой хорошенькой, как ты, – Аня сама не поняла, как, но ярость ослепила ее, и она со всего маха врезала ублюдку кулаком. Время, словно остановилось, люди тоже. Все смотрели на них. Раздались вспышки фотоаппаратов.
– Ты ответишь за это! – процедил он, вытирая кровь с разбитой губы.
– Что происходит? – услышала она звенящий от гнева голос Маркуса. Нужно было успокоить его, Аня не хотела скандала.
– Маркус, – наигранно веселым голосом воскликнул меж тем ублюдок, – мы просто не поняли друг друга…
– Заткнись! – бросил Маркус, пристально глядя на нее.
– Что? Беркет, ты совсем…
– Я сказал, заткнись, мать твою!
– Все в порядке, Марусь, – Аня схватила его за руки, боясь, что он снова пустит их в ход и потихонечку стала уводить его с места событий. Она попыталась улыбнуться, но вышло как-то вымученно. Люди понемногу оживали, поняв, что шоу не будет.
– Эни, что этот гавнюк сделал?
– Я не хочу об этом говорить, он уже свое получил. Неплохо я ему врезала, да? – попыталась она перевести все в шутку, чувствуя, что Маркус сейчас взорвется.
– Эни, не увиливай!
–Марусь, давай не будем? Я не хочу обсуждать всякое дерьмо. За сегодняшний вечер я им сыта по горло! – Анна вдруг вспомнила разговор этих сучек в туалете и почувствовала такое безграничное отвращение ко всей этой мерзкой тусовке, и к Маркусу в том числе.
– Иди ко мне, – притянул он ее к себе, но ей не хотелось. Воображение рисовало одну картину развратней другой, девушку начало мутить.
– Не трогай меня, – попросила она.
– Что это значит?
– Ничего, просто, не трогай! – она понимала, что ведет себя глупо, но не могла скрыть отвращения, представляя, как он целовал этих шлюх, как сплетались их языки, губы, смешивалась слюна, как его член проникал в их грязные тела, скользил в них, смазанный секретом этих возбужденных самок. Боже, как же мерзко! С каждой секундой ей становилось все хуже и хуже.
– Поехали домой, Эни, ты устала, – мягко сказал Маркус, подталкивая ее к выходу. Аня не сопротивлялась и просто шла за ним, не обращая внимания на окружающих. Девушка была слишком подавлена. По дороге они молчали, Маркус иногда кидал на нее обеспокоенные взгляды, но Аня лишь отворачивалась к окну, коря себя за свой идиотизм. И все же, смириться и принять отвратительное прошлое любимого мужчины, не могла, как не уговаривала себя и не убеждала, что это было до нее. Когда они зашли в пентхаус, она сразу же направилась в свою комнату, но Маркус пошел следом.
– Эни, я не понимаю, что произошло? Может ты, наконец, скажешь? Все дело в этом идиоте?
– Оставь меня в покое, Маркус, просто хочу побыть одна, – устало отозвалась она, пытаясь расстегнуть платье, но, когда почувствовала на молнии его пальцы, отскочила как ошпаренная. – Не трогай меня!
– Что с тобой происходит, что этот пидор наплел тебе?
– Да уйди ты уже, меня тошнит от тебя! – не выдержала она. После этих слов лицо Маркуса, словно закаменело и превратилось в побелевшую маску. Черные глаза прожигали ее насквозь, и она сразу же пожалела о своих словах. – Прости, это просто… это все стресс и эти шлюхи в туалете, я просто… я не ожидала, не думала, что ты…
– Что я что? Чего ты не ожидала, Эни? Хотя дай догадаюсь. Ты наверняка все еще прибываешь в своих розовых очечках и думаешь, что встретила принца. Но я, мать твою, никакой не принц, девочка, я – грязная скотина! И правильно, что тебя тошнит. Да, мать твою, да! Все, что ты там услышала наверняка правда. Через меня прошли десятки шлюх, если ты об этом. Да, я участвовал во всяких пьяных оргиях, перетрахал огромную кучу баб! И не надо на меня смотреть такими глазами, слушай, ты ведь сама развела эту херню! Да, бл*дь, я такой! Но я не стану извиняться, потому что тебя это не касается, это – мое прошлое! Сука! – пнул он валяющуюся подушку и подошел к окну.
Аня стояла, не двигалась, проклиная себя за то, что завела этот дурацкий разговор. Она медленно подошла к нему и прижалась к его спине, признавая его правоту. Ее действительно не касается то, что было у него в прошлом.
– Прости меня! Я не хотела. Наверное, просто не справилась с эмоциями, – тихо прошептала она. Он невесело усмехнулся.
– Я ведь просил тебя не слушать сплетни. Знаю, это тяжело, может даже невозможно, но хотя бы постарайся. Я не хочу провести оставшуюся неделю в ссорах с тобой. Пожалуйста, подумай над этим. А теперь спокойной ночи, – Маркус поцеловал ее в макушку, как маленькую девочку и вышел из комнаты. Ане стало совсем плохо. Нужно было сдержаться и не вываливать на него свои переживания.
