Все последующие месяцы до свадьбы прошли, как он и предполагал. Журналисты, словно с цепи сорвались, заголовки были один удивительней другого. В конце концов, они сделали официальное заявление и немного рассказали о своем знакомстве. Аню затянули предсвадебные хлопоты. Его сестры и мать радовались, как дети, а известие о скором прибавлении в семье вознесло их радость до небес. У него продолжался сезон, он был весь в работе. Но эта суета захватила и его. Аня советовалась с ним, они вместе выбирали все эти листы для приглашений, украшения, повара, спорили по каждому поводу. Беременность превратила его принцессу в самую настоящую стерву. После очередной истерики и перебранки, было такое бурное примирение, что Маркус готов был терпеть от Ани все, что угодно. Изменения в ее теле его поражали, восторгали и невероятно возбуждали. Беременность придавала ей особую привлекательность, она окончательно, превратилась из девчонки в женщину.
Да и на него данный процесс оказал определенное влияние. Маркус сам себе порой поражался, он представить не мог, что когда-нибудь будет так нервничать, он места себе не находил от любопытства, когда Аня отправлялась на консультацию к врачу. Она уже считала его сумасшедшим. Маркус и сам чувствовал, что перегибает палку, потому что мог долго изводить их семейного врача вопросами и различными предположениями "а если". Он следил за Аниным самочувствием, питанием и отдыхом. Сама она не особо зацикливалась и могла попросту забыть выпить витамины или даже поесть, если чем-то была увлечена или занята.
Поразительно, но он был счастлив. Порой, его тянуло на сантименты, романтику и свои победы он посвящал Ане. Маркус быстро привык к тому, что они живут вместе. Ане же было сложнее, она практически никого и ничего не знала, но Изабелла и мать помогли ей освоиться в его жизни.
Теперь он нечасто выходил в свет, но даже если выходил, то для него не было никого кроме нее. Все видели это. Кто относился скептически, кто радовался, хотя его мало волновало общественное мнение, главное, что с ее губ не сходила улыбка, это стало важным.
«Двадцать восьмого апреля легенда футбола Маркус Беркет женился на простой девушке из России, Анне Гончаровой! Свадьба обошлась футболисту в три с половиной миллиона долларов. Церемония проводилась на самом дорогом курорте в мире – частном острове Муши Кей. Аренда курорта обошлась молодоженам в двести тысяч долларов, фейерверк – в пятьдесят, платье невесты – в сто пятьдесят…»
Вот, что было написано об одном из самых значимых событий в его жизни. Это была скромная свадьба, как они и хотели, всего пятнадцать человек: самые близкие друзья и родственники, хотя денег на все остальное Маркус не пожалел.
Свой медовый месяц, а точнее неделю, они провели тут же – на острове, где никого не было кроме них. В последнее время побыть вдвоем – это небывалая роскошь. Они наслаждались, у Ани был уже огромный живот, поэтому приходилось вести целомудренный образ жизни, но даже этот факт не омрачил отдых. Маркус до конца не мог поверить, что все это происходит с ним и, он был искренне рад. Неделя пролетела как сон, а потом началась обычная жизнь. Он работал, Аня занималась обустройством их нового дома, который он подарил ей на свадьбу.
Вскоре Маркус сам был не рад своему презенту, потому что Аня проводила в доме чуть ли не весь день. Следила за ходом работы, что-то корректировала в процессе. Вечером она приезжала уставшая и еле доползала до кровати, но при этом счастливая улыбка не сходила с ее лица. Его нотации ее только смешили, Аня вообще относилась к беременности, как к обычной вещи, не выставляя это каким-то геройством или заболеванием особой тяжести, как многие жены его знакомых. Она не хотела, чтобы он носился с ней, как с писаной торбой. Наверное, так и нужно, но Маркусу хотелось, чтобы она относилась к себе бережней. За последние месяцы ребенок превратился для него из чего-то абстрактного в реальное и уже любимое существо.
Двадцать первого августа он чуть с ума не сошел от ужаса, когда ему сообщили, что его жена в больнице. Роды ставили на две недели позже. Аня мучилась восемнадцать часов и, к тому же, не соглашалась делать анестезию, объясняя тем, что это навредит ребенку. Маркуса этот тупой русский менталитет бесил. Что за варварство – рожать без анестезии?! К чему это бестолковое геройство?! Русские народ, до крайности, странный! Врачи тоже были в шоке, но упрямая девчонка упорно гнула свою линию и продолжала мучиться. Маркус в тысячный раз придумал, что устроит ей, когда она вернется домой, но наконец, появился доктор.
– Мистер Беркет, поздравляем! У вас, сын! Мама и малыш чувствуют себя прекрасно, роды были сложные, но все уже позади. Они отдыхают. Я вам советую тоже отдохнуть, а завтра можете их навестить.
