– Я ведь вам уже сказал, что я не из полиции. Я – человек, который знает очень многое и который собирается узнать еще больше.
Эрнст снова лег на кушетку с глазами, горящими от ярости, но ничего не сказал. Дороти снова улыбнулась Шайну.
– Карл ушел за пятнадцать, а может быть даже и за двадцать минут до того момента, когда папа застал этого типа в комнате Леоры. Эрнст подошел к порогу комнаты, когда это уже все случилось. Вот и все, что мы знаем.
– А у вас вид не очень огорченный случившимся, – заметил Шайн.
– Ну и что ж? Это был тип женщины-недотроги, которая время от времени давала нам милостыню в несколько долларов, в то время как у нее были миллионы.
– Но ведь теперь эти миллионы наверняка станут вашими.
– Конечно, а почему бы и нет? Одному богу известно, что мы заслужили их, так как в течение долгих лет мы вынуждены были сносить ее капризы и ее… Если бы я захотела, я многое могла бы рассказать вам.
– Нет! – воскликнул Эрнст. – Нет, Дот! Боже мой, ты хотела…
– Ладно, ладно, я ничего не скажу, – презрительно пробормотала она.
Шайн закурил сигарету и когда поднял глаза, увидел, что Дороти внимательно наблюдает за каждым его движением.
– Ладно, предоставляю вас вашим маленьким делам, – сказал он. – Я поговорю с вашим отцом и с Карлом Мелдрумом, чтобы выяснить, до какой степени вы лгали мне, и я еще вернусь, обязательно вернусь!
В коридоре флик по-прежнему сидел, прислонившись к стене.
Шайн спустился с лестницы, кивнул головой обоим агентам, которые сторожили парадную дверь, и вышел в мокрый от дождя день.
Сев в машину, он направился в отель «Палас».
Войдя в вестибюль, Шайн спросил у дежурного о Карле Мелдруме. Служащий ответил, что тот находится в номере 614, и Шайн, поблагодарив за справку, поднялся на шестой этаж.
Сперва он постучал очень тихо, потом посильнее, но не получил никакого ответа. В конце концов, оглядевшись по сторонам и не обнаружив поблизости никого, он достал свою связку ключей и стал подбирать подходящий. Третий подошел.
При свете нарождающегося дня Шайн увидел на кровати человека, лежащего на животе. Он осторожно подошел к нему и с облегчением услышал тяжелое дыхание и почувствовал сильный запах алкоголя.
Комната была в полном порядке, кровать аккуратно застелена, но окна закрыты. В комнате было душно.
Шайн открыл окно, впустил в помещение струю свежего воздуха и посмотрел на Карла Мелдрума. У того было распухшее лицо и очень утомленный вид. Одет он был в смокинг.
Мелдрум застонал и пробормотал нечто невнятное, когда Шайн ударил его по лицу, но все же не проснулся. Шайн стукнул его еще раз, но только уже по другой щеке, потом потащил Мелдрума из кровати и бросил в кресло, в которое тот и завалился. Казалось, он делает неимоверные усилия, чтобы открыть глаза. На виске у него пульсировала вена, а изо рта текли слюни.
Шайн снова стал бить его по щекам и, в конце концов, решил, что только один алкоголь не смог бы привести его в такое состояние. Шайн за свою жизнь приводил в чувство немало мертвецки пьяных людей, но Мелдрум своим состоянием заинтриговал его. Он был словно одурманенный.
Вздохнув, Шайн схватил его за волосы, приподнял и потащил в ванную комнату, где и бросил в ванну. Там он усадил его поудобнее, открыл душ с холодной водой и отошел от него с нахмуренными бровями и задумчивым видом.
Мелдрум не шевелился, несмотря на то что потоки холодной воды поливали его. Шайн попробовал тогда горячую воду. Она была почти кипятком, но человек, сидящий в ванне, казалось, ничего не чувствовал, Уверенный в том, что Мелдрум не притворялся, Шайн закрыл все краны и оставил его сидеть в ванне.
Вернувшись в комнату, он стал старательно осматривать ее, и полчаса спустя его усилия увенчались успехом. Он нашел небольшую записную книжку с адресами, которая содержала в себе женские имена. Имя Дороти Трип стояло последним.
Шайн со вздохом закрыл книжку, сунул ее себе в карман и огорченным взглядом посмотрел вокруг. Его глаза заблестели, когда он увидел бутылку с виски на ночном столике.
Вынув пробку, он понюхал содержимое, сделал маленький глоток и с удовлетворением покачал головой. После хорошего глотка он поставил бутылку на место.
Потом он по телефону заказал два завтрака. Сделав это, он пошел посмотреть на Мелдрума. Тот, казалось, за это время и не пошевелился ни разу. Майк взглянул на часы и был удивлен, обнаружив, что находится здесь уже в течение двух часов.
Четверть часа спустя двое официантов с этажа прикатили столик с посудой и столовыми приборами.
– Мистер Мелдрум в ванной, – сказал им Шайн. – Оставьте все это, мы сами управимся.
Один из парней протянул ему карточку, которую он пометил: «Карл Мелдрум».
Старательно расставив на столе два прибора, Шайн сел за столик и поел с каждого прибора, не переставая прислушиваться, не раздастся ли шум из ванной комнаты. Когда он покончил с едой, он выглянул в коридор и, не увидев никого, вытолкнул туда столик.
