За морем полностью

— Что? Нет! Я не это имела в виду… Я вовсе не просила…

— Ты — нет. Я об этом прошу! — Его лицо приблизилось к моему. — Все это, наверное, довольно неуклюже с моей стороны, без тех красивых речей, которых ты достойна…

Кровь жарким и безжалостным потоком быстрее хлынула по телу.

— Джулиан, это лишь… — забормотала я. — Я здесь вовсе не за этим. Я не предполагала, что ты… Что пожертвуешь себя…

— Пожертвую? — изумился он. — Кейт, как можно глядеть на тебя, такую красивую, смелую, такую потрясающе пленительную, — и не желать быть твоим избранником, твоим мужем.

— Джулиан, ты же встретил меня всего два дня назад.

— Но разве я не тот же мужчина, что однажды влюбится в тебя?

— В сущности, так. Но это ничего не значит… Это не… — Его ладонь легко скользнула по моей щеке, я тут же потеряла ход мысли. — О не надо, — прошептала я, — не надо так со мной…

— Что именно?

— Не соблазняй меня. Это нечестно. Я не в силах отказать тебе.

— Разве я это делаю? — тихо усмехнулся он.

— Уже тем, что ты находишься со мной в одной комнате. Ты всегда так на меня действовал.

— Правда? — искренне удивился Джулиан, будто не верил своим ушам — будто никак не мог поверить в собственную власть надо мной.

Его пальцы тронулись дальше по моей руке. Словно испытывали меня…

— Перестань. Перестань, прошу тебя. Это нечестно. Я ведь… его.

— Разве мы с ним не один и тот же человек?

— Но ведь ты пока что не полюбил меня. Ты еще не женился на мне.

— Ну, судя по этому кольцу, — вновь коснулся его Джулиан, — уже женился.

Я вся замерла от его руки.

— Что ты хочешь этим сказать? — еле выдавила я.

— Что, если ты желаешь меня, Кейт, я весь твой.

— Не говори так. Не надо…

Джулиан взял мои руки в свои.

— Кейт, последние тридцать шесть часов были для меня как сладкий сон — чудесный, яркий и несбыточный. Прекраснейшая женщина вдруг настигает меня под дождем — и падает без чувств в мои объятия. И с каждым мгновением, что я провожу с ней, я все больше заинтригован, все больше очарован ею. Она совершенно незаурядна и нисколько не похожа ни на одну женщину, что встречал я в своей жизни. Такая изумительная, такая преданная и искренняя. Пленяющая столь естественным изяществом. Просто невообразимый, полнейший контраст… — Тут он деликатно умолчал. — И вдруг, каким-то невероятным, просто немыслимым чудом она сообщает, что любит меня, что принадлежит мне, что всем пожертвовала ради спасения моей жизни. И притом она носит кольцо, которое говорит мне, как я должен ее любить.

— А что конкретно на нем выгравировано?

— О, ты увидишь сама… — привлек он меня к себе. Его голос жарким дыханием овеял мне висок. — Неужели тебя удивляет, Кейт, что я просто умру, если потеряю тебя, если причиню тебе боль?

— Этого не может быть.

— Я в жизни не был столь искренен. — Джулиан склонил голову и, подняв мои руки, поцеловал их одну за другой. — Прелестнейшая моя Кейт! Что же будет с тобой завтра, когда мой отпуск закончится и я отправлюсь обратно на фронт?

— Я… Не знаю. Наверно, попытаюсь попасть обратно в свое время, если такое возможно. Или подамся куда-нибудь в этом мире.

— Останься со мной здесь. Будь моей женой.

Произнес он это тихо, почти шепотом, и сперва мне показалось, я ослышалась, что это мой мозг преобразовал его слова в те, что так страстно хотелось мне услышать. Губы у меня дрогнули, пытаясь изречь то ли вопрос, то ли отказ, сказать в ответ что-то благоразумное.

Он поднес руку к моему лицу, нежно провел большим пальцем вдоль подбородка:

— Кейт, прошу тебя. Я хочу, чтобы ты осталась здесь, чтобы позволила мне оберегать тебя. Жениться на тебе, или, точнее, чтить уже состоявшийся между нами брак.

— Ты не можешь этого желать.

— Я страстно этого желаю.

— Но ведь ты почти меня не знаешь!

— О как раз это и не имеет значения, верно? Я ведь узнаю тебя. И я полюблю тебя. У меня полнейшая уверенность в том, что это — несомненный факт. — Он вновь заключил меня в объятия, прижал к груди. — Останься со мной, Кейт. Останься здесь. Будь моей женой. После войны…

— Джулиан, эта война будет идти не один год. А этим летом грядет битва, которая закончится кровавым разгромом. Даже если ты избежишь этого завтра, тебя убьют в другой момент. Выходит, я спасаю тебя от одной смерти, только чтобы предать еще более худшей.

— Но здесь, по крайней мере, у нас будет какой-то шанс.

Он был прав. Я бы предпочла остаться здесь, уповая на то, что Джулиан все-таки уцелеет, нежели каким-то образом попытаться попасть обратно в свой век и предстать перед перспективой долгого безрадостного будущего, вообще не имея ни малейшей надежды. Не в этом ли и состоял истинный мотив того, что я здесь оказалась? Чтобы вновь привлечь к себе Джулиана, ибо мне невыносимо было жить в этом мире без него. Я взглянула на его лицо, пытаясь понять все это логически, игнорируя уже зарождающееся осознание своего низменного эгоизма, однако Джулиан стоял ко мне так близко, что от его запаха, от его прикосновения я уже не могла ни на чем сосредоточиться.

Его губы осторожно, словно вопрошающе, тронули мои.