За морем полностью

Остаток пути мы преодолели молча. Парковщик быстро выгнал его машину из многоуровневой стоянки, и Джулиан с рассеянным, отсутствующим видом усадил меня в нее, словно забыв, кто я такая и зачем вообще я здесь. Как только мы тронулись с места, он протянул руку, забрав с передней консоли айпод, ловко воткнул его в нужный порт и, быстро пролистав меню, включил музыку. Судя по мелодии, Моцарта.

— Итак, — кашлянула я, — куда едем?

Джулиан потер лоб.

— Я, похоже, испортил тебе вечер, да?

— Ну, пока не так уж и испортил, — улыбнулась я. — Но ведь еще только восемь — у тебя достаточно времени, чтобы вообще разнести его в клочки.

Джулиан задумчиво побарабанил пальцем по рулю и свернул направо.

— Наверное, мне лучше всего отвезти тебя домой.

В его голосе звучала грусть, без малейшего недовольства, и это вдохнуло в меня надежду.

— Ну-ка стой, погоди! Остановись, Джулиан. Что произошло? Или с тобой повторяется то же, что тогда, в Рождество? Клянусь, на этот раз я так просто тебя не отпущу. Объясни мне: что не так?

— Господи, Кейт! — взорвался он, ударив ладонями по рулю. — Ты же ничего обо мне не знаешь! Мне не следовало… Я наверно, самый самолюбивый мерзавец на свете!

— Перестань! Что вообще все это значит? Джулиан… Можешь ты прислушаться ко мне хоть на секунду, Джулиан? Остановись у обочины.

— Нет, я отвезу тебя домой.

— Нет, не отвезешь. Я отсюда не выйду.

— Я не хочу, чтобы ты оставалась.

— Нет, хочешь. Тебе необходимо, чтобы я осталась. Джулиан, — сказала я уже мягче, — ты мне обещал. Еще вчера ты уверял, что я дорога тебе. Так докажи это. Не разочаровывай меня.

Это возымело действие. Ни слова больше не говоря, Джулиан поехал по Парк-авеню в сторону центра. Я тоже долго хранила молчание, не желая столь скоро нарушать затишье в перепалке, давая ему время прокрутить все в сознании, отговорить самого себя от поспешных крайностей. В тишине между нами кларнеты проворно наигрывали изящные мелодии Моцарта.

В какой-то момент, стоя перед светофором, мы сквозь тонированные стекла «Мазерати» увидели парочку сорока с лишним лет, катившую легкую прогулочную коляску с двойняшками: оба о чем-то спорили, яростно жестикулируя. Не выдержав, я повернулась к Джулиану:

— Знаешь, забудь про свидание. Ты просто отвезешь меня к себе, и мы все обсудим.

Джулиан отогнал машину обратно к паркингу, потом, взяв меня за руку, повел к своему дому, к парадной двери. Во всех окнах было темно, если не считать тусклого света, исходившего откуда-то из дальнего угла на первом этаже. Пропустив меня внутрь, Джулиан закрыл за нами дверь и быстро набрал несколько цифр на панели сигнализации.

— Я проголодалась, — заявила я, обернувшись к нему.

Неожиданно он легко рассмеялся:

— Вполне ожидаемо. Это даже хорошо. Кухня вниз по лестнице.

— Можешь приготовить омлет? — спросила я, спускаясь по ступеням.

— Я в готовке несилен.

Оказавшаяся в глубине дома кухня была современной и великолепно оснащенной. Мраморные столешницы поблескивали в мягком рассеянном свете десятка встроенных ламп. Она была раз в восемь просторнее кухонного закутка в моей съемной квартире.

— Ты хотя бы этим пользуешься? — спросила я, глядя на безукоризненно начищенную нержавейку газовой плиты.

— Вообще-то да, — даже с некоторой обидой ответил он. — Могу сварить овсянку и все такое прочее. Но я держу экономку, которая приходит несколько раз в неделю, пока я на работе. Она в основном для меня и готовит.

— Ого! Это, наверное, здорово.

Я открыла шикарный встроенный холодильник, заглянула внутрь. В середине, в окружении молока, апельсинового сока и кетчупа, стояли несколько жаропрочных лотков.

— О классно, она оставила нам несколько яиц.

Порыскав немного, я нашла отличный фермерский сыр и томаты, закрыла каблуком дверцу и принялась заглядывать в шкафчики в поисках сковородки и чашки для взбивания.

— Ты бы сказал своей экономке, что не стоит держать помидоры в холодильнике, — заметила я, — от этого они теряют аромат.

— Послушай, Кейт, — заговорил Джулиан. — Прости, что…

— Нет, давай не сейчас, — оборвала я. — Нельзя вести разумную беседу на пустой желудок. Найди-ка мне лучше масло, ладно? Я хочу приготовить для вас, сэр, чертовски замечательный омлет, какого вы еще в жизни не пробовали!

— Да, мэм, — покорно отозвался Джулиан.

Он принес мне масло, я же тем временем взбила яйца в пену, плеснув чуточку воды.

— Я вижу, тебе очень нравится это занятие, — заключил он, наблюдая, как я выливаю массу в сковородку.

— Я не очень-то опытна в кулинарии, однако делаю отличный омлет. Меня папа научил. По субботам, пока мама еще спала, мы вместе готовили ей завтрак. — Подняв лицо к Джулиану, я улыбнулась. — Славные были времена… Где у тебя тарелки?

Джулиан мигом достал тарелки, вилки, и, когда омлет «дозрел», я разложила его на двоих.

— Вот, — гордо сказала я, — пробуй и наслаждайся.

Мы уселись за стол и принялись вдвоем за ужин, тихо звякая вилками по фарфору, — прямо семейная пара с немалым стажем!

— Ну как? — спросила я, съев несколько кусочков. — Правда, лучше не бывает?

— Не то слово! Просто восхитительный омлет.